Элиас: Ты точно заболела?
И в этих словах — всё. Разочарование. Сомнение. Тишина, которая колет сильнее, чем крик.
Я закрываю глаза. В груди — будто ком. Пульс сбивается. Хочется закричать, но я снова выбираю молчание. Я думала, что справлюсь. Что смогу быть сильной. Что смогу держать дистанцию. Не привязываться. Не пускать никого ближе. Но он… он слишком тихо вошёл под кожу. Слишком мягко. И теперь — там. Где больно. Мне надо извиниться. Я снова беру телефон.
Аля: Прости, что соврала. Я… просто не знала, как сказать, что перегорела. Что ничего не хочется. Ни встреч, ни разговоров. Не потому что ты. А потому что я.
Палец зависает над кнопкой отправки. А потом — решимость. Щелчок. Сообщение уходит. Я смотрю на экран, будто жду ответа. Но понимаю: не жду. Он не обязан мне отвечать. Не обязан прощать. Я нарушила доверие. Я поставила маску — и обманула его взгляд.
Делаю вдох. Долгий. Тяжёлый. И сажусь на край кровати, обхватывая себя руками. Что я делаю? Чем я вообще думаю? Скоро сессия. Чемпионат. Возможная публикация. Всё это требует фокуса, сил, внутренней дисциплины. А я — теряю голову. Влюбляюсь. В самый неподходящий момент. В человека, который… который, возможно, уже уходит. Я не имею права. Сейчас — не время. Не место. Не история, которую можно начать.
Я подхожу к столу. Открываю ноутбук. Смотрю на текст новой главы.
"Brighter Days Ahead". Моя третья попытка что-то понять в себе. В других. В любви.
Пальцы ложатся на клавиши. Я начинаю печатать. Не потому, что вдохновение. А потому, что иначе разорвёт. Нужно писать. Нужно дышать. Нужно не влюбляться. Хотя… уже поздно.
***
Первый холод октября сковывает комнату так, будто зима решила прийти раньше срока. За окном хмурое утро с проседшими тучами и воздухом, в котором пахнет льдом. Ветер скребётся в стекло, и где-то вдалеке уже кто-то торопится по аллее в сторону стадиона. Я слышу эти шаги сквозь сон, но не открываю глаза. Моё тело кажется ватным. Голова — тяжёлой. Мысли — спутанными, словно после тяжёлого разговора, который так и не случился. Но ведь он и не случился. Вчера я всё решила. Всё отрезала. Оставила за чертой. Никаких парней. Ни сейчас, ни потом. Никаких влюблённостей. Это не слабость — это необходимость.
Но почему-то от этого решения внутри пусто. Как будто вырвала что-то из себя. Как будто после — только эхо.
— Аля! — голос Сэйдж срывает моё молчаливое утро. — Ты что, совсем забыла? Прогон программы через двадцать минут!
Я резко открываю глаза. Плед сползает на пол. Я выдыхаю, пытаясь собраться с мыслями. — Что?.. Какой прогон?.. — голос сиплый, как после сна, как после слёз.
Сэйдж уже стоит посреди комнаты, одетая, с собранными волосами и чашкой кофе в руке. — Тренировка, Аля. Команда. Ты — зам капитана. Не забудь. — Она бросает мне куртку и тянет за одеяло. — Вставай.
Я с трудом поднимаюсь, волосы спутаны, кожа сухая от отопления, губы обветрились. Быстро стягиваю с вешалки штаны, натягиваю футболку и свитер, на ходу заплетаю хвост. Умыться не успеваю — просто плещу в лицо холодной водой и хватаю резинку для волос, чтобы окончательно не растрепаться.
Выбегаю в коридор и почти сразу врезаюсь в кого-то — плечо, локоть, дыхание. Это Хлоя. Конечно, Хлоя.
— Осторожнее, — её голос звучит сдержанно, но в нём чувствуется раздражение.
— Прости, — бросаю и уже хочу обойти, но она прищуривается.
— Куда ты мчишься? У нас через пятнадцать минут прогон. Или ты решила, что это уже не важно?
Я останавливаюсь. Выдыхаю. Пытаюсь не сорваться. — Мне надо пробежаться. Просто… перезагрузиться. С музыкой. Потом вернусь.
Хлоя скрещивает руки на груди. — Ты в порядке, Аля?
Я встречаю её взгляд. И не нахожу в себе сил соврать. Но не нахожу и сил сказать правду. Потому просто отвожу глаза.
— Бываю, — шепчу и иду дальше.
На кухне тихо. Пахнет вчерашним кофе и чьим-то парфюмом. Я хватаю горсть орехов, закидываю в рот, запиваю горячей водой, которая обжигает горло, будто выжигает ком внутри. Это почти приятно. Почти живо.
Достаю из кармана AirPods. Вставляю. Глубокий вдох. Стук сердца в ушах и щёлк — музыка начинается. Включаю Tate McRae — "revolvin' door".
Выхожу. Хлопаю дверью, надевая куртку на ходу.
На улице — промозгло, серо. Листья под ногами хрустят, воздух холодный, но свежий. Кампус кажется полупустым. Ещё рано, и почти никто не вышел. Только я. И ветер. Музыка в ушах гудит и вибрирует в груди:
"You're just another body in a bed that I forgot I was in"
(Ты — просто ещё одно тело в постели, о котором я забыла, что в ней оказалась.)
"Maybe I'm the problem, maybe I’m the cure, maybe I’m the switch that you shouldn’t turn"