(Может, я — проблема. А может, я — лекарство. Может, я — выключатель, который не стоит включать.)
"'Cause I love you and I hate it, and I can’t stop changing my mind like a revolving door"
(Потому что я люблю тебя и ненавижу. И не могу перестать менять мнение, как крутящаяся дверь.)
Бегаю по дорожкам кампуса. Мимо библиотеки, старого дуба, скамеек, на которых мы сидели летом. Тогда было всё проще. Сейчас — ком в груди. Сейчас — шаг за шагом, будто убегаешь от самого сердца. Мне нужно это. Не команда. Не разговоры. Не обязательства. Мне нужно просто бежать, пока внутри не станет тише. Пока дыхание не забьёт боль. Пока я не почувствую, что снова могу стоять на ногах. Никто не знает, что будет дальше.
И я — тоже.
Глава 24 - Аля
Слушая в наушниках «Lifestyle» от Lisa, я мчалась сквозь холодный октябрь, будто могла убежать от самой себя. Ледяной воздух врывался в лёгкие, обжигая изнутри, и я вдыхала его так глубоко, будто он мог вытолкнуть из меня тревогу. Асфальт под ногами уже почти подсох, но по обочинам ещё блестели лужи — в них отражались мутные облака и голые ветви. Всё казалось слишком откровенным. Слишком настоящим. Я бежала по кампусу, сжимая руки в рукавах худи — глупая привычка, будто могла таким образом спрятаться от собственных решений.
“Никаких отношений. Пока что. Или вообще никогда.”Может, я себе вру? Может, я просто боюсь, что влюблюсь слишком сильно. Или не вовремя. Или не в того. Или это всё сразу. Сессия. Чемпионат. Книга. Конкурс. Всё одновременно. Я не могу позволить себе терять фокус. А значит, не могу позволить себе его. Элиаса. Но черт возьми, иногда, когда я слишком устаю от самой себя, мозг включает какой-то режим бегства — и я воображаю совсем другую версию утреннего октября.
Например…
Элиас на моей кухне. Полуголый, в полотенце на бёдрах, волосы взъерошены, на скулах — тень усталости. Он зевает, протирает глаза, включает кофемашину и готовит нам эспрессо. Одной рукой ловко мешает тесто для панкейков, другой держит кружку, из которой уже валит пар. А потом — разворачивается, подносит мне вилку с кусочком оладушка, кормит и целует в щёку. Или в шею. Или куда захочет. И каждое утро — так. Просыпаюсь от его поцелуев, не от будильника. Уют, кофе, блинчики и его голос вместо тревожных мыслей.
Фантазия, конечно. Но отчего-то именно она помогает мне не остановиться.
Я резко выдохнула и побежала дальше. Вдали уже мерцала вывеска “Midnight Espresso”. Место, где всё началось. Или могло начаться. Или всё ещё может.
“Нет. Пожалуйста, только не он.”
Но всё внутри сжалось от мысли, что он там. Элиас. Смены, запах кофе, его руки — всё это может быть за стеклом. А я не готова. На секунду остановилась. Глубокий вдох. Ещё один. Резкий выдох. Дальше.
Обратный путь дался тяжелее. Ноги налились свинцом. Я только начала вливаться в ритм, как на пути возникла женщина с собакой. Пушистый комок метнулся прямо ко мне, поводок натянулся — и я запуталась. Дёрнулась в сторону, попыталась удержаться — но земля взбунтовалась и вышла из-под ног.
— О боже, я так извиняюсь! — раздался испуганный голос.
Но руку мне протянула не она.
— Осторожно, — тихо сказал кто-то.
Я подняла глаза — и, конечно, это был он.
“Вспомнишь солнце, вот и лучик…” — пронеслось в голове. Серьёзно? Только подумала о нём — и вот он. Как будто сам воздух зовёт его в моменты, когда я уязвима.
Он выглядел нереально. Как обложка журнала. Как будто специально пришёл, чтобы я не могла его забыть: чёрное пальто, шарф, очки, волосы уложены так, будто он не укладывал их вообще, а они просто решили выглядеть идеально.
И эти глаза. Серые, с холодинкой — но не равнодушные. Никогда. В них слишком много тепла, которое он прячет, но которое всё равно пробивается наружу.
— Всё в порядке? — мягко спросил он.
Я кивнула. Взяла его руку — на секунду — и тут же отстранилась. Нет. Нет-нет-нет. Он не должен думать, что может остаться.
— Я справлюсь, — вырвалось из меня. Сухо. Как будто отгораживалась не от него, а от собственных чувств.
Он не стал спорить. Только кивнул, чуть улыбнулся. Спокойно. Почти по-доброму. Так, как будто понимал. Может, и правда понимал.
Я развернулась и побежала. Снова. Быстрее. От него. От себя.
И в наушниках заиграла «Stuck Next to You». Самая ироничная песня в этот момент.
“Ты продолжаешь стоять рядом, как будто это невинно…”
“Твоя тень в моей голове, даже когда тебя нет…”
Я будто слышала себя в этих строках. И сердце стучало не от бега — от него.