Но я не остановилась. Если остановлюсь — не смогу снова тронуться с места. А мне нельзя. Пока — нельзя.
***
Поле будто замерло в ожидании — трава холодная от утренней росы, куртки на плечах, запах резины, пота и солнца, которое ещё только пробирается сквозь облака. Всё как всегда. Всё как должно быть. Девчонки стоят в кругу, кто-то смеётся, кто-то жуёт батончик, кто-то уже отрабатывает прыжки. А я просто встраиваюсь в этот ритм, как будто никуда не пропадала. Ни слов, ни объяснений. Просто возвращаюсь — на своё место. Я отдаю резинку девочке, что помогает с координацией, стягиваю куртку. Тело ещё тёплое после пробежки, волосы липнут к вискам, сердце отбивает последние удары паники. Всё, стоп. Вперёд — только движение, только синхрон.
— Сбор! — кричит Хлоя. — Отрабатываем связку с поворотом и финальным подъёмом!
Я становлюсь в линию. Вдох. Один шаг. Второй. Подтяжка. Прыжок. Захват. Я выключаю всё — мысли, чувства, тревоги — и остаётся только ритм и счёт:
— Раз, два, три, четыре…
Где-то посередине тренировки перестаю чувствовать руки. Только сердце и дыхание. Привкус тревоги застрял где-то под грудной клеткой, но с каждым броском, с каждым махом — он слабеет. Движения вытесняют лишнее. Страх. Боль. Даже воспоминания. Два часа. Тело ноет, ноги подкашиваются, мышцы горят. Но внутри — тишина. Такая, как нужна. Такая, в которой можно наконец сделать вдох.
— Хорошая работа. До завтра, — говорит Хлоя.
Я молча киваю и иду за бутылкой воды. Только начинаю пить — телефон звонит. Карман вибрирует, как будто что-то внутри меня дергает за нитку.
Незнакомый номер. Сердце замирает.
— Алло?
— Здравствуйте, это Марта из издательства Dreamers. Простите, что отвлекаем, но нам нужно срочно обсудить вашу заявку на конкурс.
Я замираю.
— Конечно. Что-то не так?
— К сожалению, да. Ваш текст Brighter Days Ahead был загружен не в том формате. Мы пытались его открыть, но файл повреждён: шрифт съехал, страницы пустые, метаданные не читаются… Мы не можем допустить такую версию к отбору.
— Что?.. — я почти шепчу. — Но я же… я всё проверяла…
— Мы вам верим. Но нужно срочно прислать исправленный файл. Пока система не удалила испорченную версию. Если удалит — файл уже не попадёт в первый отбор.
— Я поняла. Я сейчас всё сделаю. Спасибо.
— Удачи вам, Аля. Нам понравилась ваша аннотация.
Клик.
Я стою на краю поля. В форме, мокрая, с пальцами, дрожащими от усталости. А внутри всё обрушивается. Не Элиас. Не Хлоя. Не боль в ногах. Файл. Шанс. Я прижимаю телефон к груди и бегу. Как будто от этого зависит всё. Потому что… так и есть.
Глава 25 - Аля
12 октября.
Пара дней спустя
Аудитория 204 в гуманитарном корпусе была самой унылой в кампусе. Белые стены, вечный запах кофе и маркеров, кресла, от которых затекала спина уже на пятой минуте, и старенький проектор, который каждый раз зависал, стоило профессору Финли нажать кнопку “включить”.
Предмет назывался “История и философия спорта”. На деле — утренняя пытка. Особенно если ты, как я, провела всю ночь над рефератом на тему “Олимпийский идеал: от Древней Греции до современной коммерции.”
Я сидела во втором ряду, зажав в руках кружку с остатками кофе и подперев голову рукой, надеясь не провалиться в сон прямо при всех. Финли монотонно рассказывал о Пьере де Кубертене, а я в какой-то момент поняла, что мне снится стадион и я бегу по нему в древнегреческой тунике.
Проснулась от того, что кивнула головой и чуть не стукнулась лбом об парту.
— Мисс Грин, — раздался голос Финли. — Хотите рассказать нам, что означает mens sana in corpore sano?
— Это… это латынь, — пробормотала я.
Кто-то хихикнул. Финли лишь вздохнул, но отстал.
После пары я сдала распечатанный реферат. Финли мельком глянул, кивнул:
— Хорошо написано. Твёрдая пятёрка.
Я вывалилась из аудитории как будто прошла войну. Хотелось лечь где-нибудь прямо на газон и умереть. Или хотя бы поспать. Желательно — до Рождества.
И тут…
—ААААААААААААААААААААААААААААЛЯ!!!
Я не успела даже среагировать, как в меня врезалась Хлоя, обняла так крепко, будто мы не виделись тысячу лет, и тут же всучила в руки что-то холодное.
— Вишнёвый доктор Пеппер, — выдохнула я, глядя на банку как на святыню. — О боже… ты знаешь, что мне нужно…
— Всегда знаю, — самодовольно усмехнулась Хлоя. — Это последняя банка в автомате. Я чуть не подралась за неё с каким-то качком.
— Слава богам за тебя, за эту банку и за вкус вишни, — сказала я и сделала первый глоток. — Святое шипение, это оно…