Я откинулся назад, раскинул руки и смотрел в потолок.
— Добро пожаловать домой, — прошептал я сам себе.
Глава 29 - Аля
Голова у меня сейчас взорвётся.
Серьёзно. Я сижу за столом уже третий час, пытаясь разобраться в этих дурацких графиках и формулах. Кажется, даже бумага начала шептать мне «сдавайся, Аля, это бессмысленно». Но нет. Надо. Доделать. Эту. Чёртову. Лабораторную. Я переворачиваю страницу, и всё, что вижу — это размытые строки, как будто мозг уже сам отказывается считывать информацию. Текст скачет перед глазами, ручка выскальзывает из пальцев. Я начинаю злиться. Реально злиться. На учёбу, на себя, на этот дом, полный девчонок, которые то визжат, то поют в душе, то устраивают марафоны с уходом за кожей в два часа ночи.
И в этот момент дверь распахивается.
— Ты серьёзно?! — влетает Сэйдж, орёт в трубку, — Ты его позвал, а меня нет? Я твоя дочь или кто? Хер с горы?!
Я резко замираю, держа ручку в воздухе, как будто она сейчас взорвётся. Сэйдж проходит мимо меня, даже не замечая, что я здесь. Хотя нет, замечает — подмигивает на ходу, будто её истерика по телефону была частью комедийного шоу. И так же внезапно, как влетела, она исчезает за дверью.
Я ещё пару секунд сижу в тишине, переваривая услышанное.
“Ты его позвал…” — кого? Он — это кто?
Я только открываю рот, чтобы выругаться в экран, как дверь тихо скрипит, и в комнату заглядывает Камила. Свет из коридора рисует силуэт, и первое, что я замечаю, — её тонкие, изящные ноги в леггинсах и копна блондинистых волос, собранных в небрежный хвост. Зеленые глаза — яркие, как весенние листья после дождя — мягко светятся в полутьме. На губах — привычная, теплая, почти детская улыбка. А в руках — кружка с какао.
— Привет, — её голос тихий, будто она вошла в храм, а не в студенческую комнату. — Ты выглядишь так, будто вот-вот взорвёшься. Подумала… может, какао немного поможет?
Я моргаю. Один раз. Второй. Она настоящая. Не голограмма из рекламы Nestlé.
— Ага… спасибо, — выдавливаю я, не зная, как реагировать. Мозг пытается загрузить ситуацию, но вместо загрузки — крутящийся кружочек.
Камила ставит кружку на стол, присаживается на край моей кровати, скрещивает ноги и улыбается. Не уходит. Не предлагает помощи, не суёт нос в дела. Просто сидит. И это… как-то необычно приятно.
— Знаю, мы с тобой почти не общались, — говорит она, глядя не на меня, а на свои носки с пандочками. — Но если вдруг захочешь поговорить, я здесь. Или… ну, просто вместе помолчать. Иногда и это работает.
Я хмыкаю, но не язвительно. Скорее от того, что неожиданная забота сбивает с толку. И правда — какао вкусное. Не порошковое, с пенкой и щепоткой корицы. Как будто кто-то вспомнил, что я человек, а не ходячий дедлайн.
— У тебя прикольные носки, — вырывается у меня.
Камила смеётся. Негромко, как будто щекочет воздух.
— Спасибо. Подарок от сестры. Она считает, что если у тебя плохой день — носки с пандой могут спасти хотя бы часть нервной системы.
Она явно старается меня не пугать. Ни словами, ни присутствием. Но я замечаю, как взгляд её всё же ускользает куда-то — не на меня, а как будто за меня. Будто что-то держит.
— Камила… — начинаю я осторожно. — Ты ведь не просто так пришла?
Она кусает губу. На секунду. А потом говорит:
— Ты права. Элиас попросил. Ну… присматривать за тобой. — Она торопливо поднимает ладони. — Но, честно, я сама давно хотела подойти. Просто повода не находилось. А тут — вот. Как будто звёзды сошлись. Ну и Элиас немножко пнул морально.
Мой живот сжался. Словно кто-то незаметно завёл невидимую пружину.
— Он… он просил? — выдавливаю я.
— Да. Но не так, чтобы «следи за ней». Он просто волнуется. А я… я правда хотела подружиться. Ты кажешься крутой, просто немножко замкнутой. Как ежик в мохнатом капюшоне. Я таких обожаю.
Я фыркаю. От неожиданности, от образа, от её искренности.
— Мохнатый капюшон — это мой стиль, спасибо, — отвечаю я, и впервые за весь день улыбаюсь почти искренне.
Камила встаёт, на секунду задерживает взгляд на мне и говорит:
— Если передумаешь — я рядом. Я по ту сторону стены. И какао будет ещё. Без повода. Обещаю.
Я киваю. И в этот момент в её доброй, почти сияющей улыбке, мне впервые не кажется, что всё это — игра.
Когда она выходит, в комнате становится заметно тише. Но не глухо. А как будто осталась тёплая тень её заботы. И, чёрт возьми, я почти готова ей поверить. Почти.
Я уставилась в ноутбук. Таблица с данными по лабораторной работе казалась бесконечной, словно Excel решил участвовать в марафоне на выживание. Я пыталась сосредоточиться, правда. Но в голове, как назло, не формулы и не реакции. А одна-единственная мысль: Элиас попросил Камилу приглядывать за мной.