Когда мы наконец отстранились, она улыбнулась — мягко, но с какой-то особенной теплотой в глазах.
— У меня есть план, — сказала она, глядя на меня так, будто эти слова были самыми важными в мире.
— План? — переспросил я, всё ещё немного погружённый в её поцелуй.
— Да, — кивнула она, устраиваясь рядом со мной на кровати. — После чемпионата… я хочу поехать к родителям. Это будет где-то второе ноября.
Я замер, не зная, что именно она имеет в виду. Её голос звучал спокойно, но в нём была какая-то лёгкая дрожь, будто она волновалась.
— Сначала было бы неплохо поужинать с семьёй, — продолжила она, играя с краем своей футболки. — А потом остаться на ночь. И уже со спокойной душой вернуться обратно в кампус.
Я смотрел на неё, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Она говорила это так естественно, так просто, будто это было частью нашего общего пути. Но для меня каждое её слово звучало как признание. Признание того, что она хочет разделить со мной нечто большее.
— Ты хочешь, чтобы я поехал с тобой? — спросил я, хотя уже знал ответ.
Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидел то, что давно перестал скрывать сам: искренность.
— Конечно, — ответила она, чуть улыбаясь. — Я хочу познакомить тебя с ними.
Эти слова ударили прямо в сердце. Не потому, что они были неожиданными, а потому, что они значили так много. Она не просто приглашала меня. Она хотела показать меня своей семье. Хотела, чтобы я стал частью её мира.
Я смотрел на неё, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Мои страхи, мои сомнения — всё это начало отступать. Потому что теперь я точно знал: она чувствует то же, что и я. Это не просто вежливость или жалость. Это настоящее.
— Я буду рад, — сказал я, беря её за руку.
Она улыбнулась ещё шире, и я понял, что это решение изменит нас. Мы становились ближе с каждым днём. И я больше не мог представить свою жизнь без неё.
"Второе ноября," — подумал я, глядя в её глаза. — "Это будет началом чего-то нового."
Аля уже начала заправлять мою кровать, её движения были быстрыми и точными, будто она делала это каждый день. Я наблюдал за ней, чувствуя лёгкую улыбку на губах.
— Эй, я сам это сделаю, — сказал я, подходя к ней.
Она обернулась, слегка подняв бровь.
— Ты серьёзно? — спросила она с насмешкой. — У тебя есть дела поважнее, чем заправлять кровать.
Я хотел ответить, но в этот момент раздался резкий стук в дверь. Мы оба замерли, переглянувшись. Кто мог быть за дверью так рано? И тут мы услышали что в дверь вставили ключ…
— У тебя есть запасной ключ? — спросила Аля, её голос стал чуть напряжённым.
— Только у Сэйдж, — ответил я, но не успел договорить, как услышал звук ключа, вставляемого в замок.
Дверь открылась, и на пороге появилась Сэйдж. Она выглядела так, будто только что сошла с подиума модного показа: идеально уложенные волосы, безупречный макияж и строгий взгляд, который мог бы заморозить даже летний день.
— Ну конечно, — произнесла она с сарказмом, окидывая нас взглядом. — Я должна была догадаться, что ты здесь, Аля.
Аля выпрямилась, скрестив руки на груди.
— Привет, Сэйдж, — сказала она, её тон был нарочито спокойным.
— Пропустила вчерашний вечерний сбор? — начала она, входя в комнату, словно это был её дом. — И сегодняшнюю утреннюю растяжку? Ты вообще помнишь, что у тебя есть команда? Или всё, что ты можешь думать сейчас, это… — она сделала паузу, бросив на меня быстрый взгляд, — он?
— Сэйдж, хватит, — вмешался я, делая шаг вперёд. — Это несправедливо.
— Не лезь, Элиас, — отрезала она, даже не взглянув на меня. — Это не твоё дело.
— На самом деле, это моё дело, — парировала Аля, её голос стал холоднее. — Если тебе есть что сказать, говори. Но я не позволю тебе обвинять меня в том, чего ты не знаешь.
Сэйдж прищурилась, явно не ожидая такого ответа.
— Да? А что я должна знать? Что ты пренебрегаешь своими обязанностями ради отношений? Ты забыла, что у тебя есть команда? Что скоро чемпионат?
— Я ничего не забыла, — ответила Аля, её голос звенел от напряжения. — И если бы ты удосужилась спросить, то узнала бы, что я была занята подготовкой к нему. В отличие от некоторых людей, которые слишком заняты тем, чтобы судить других.
— О, конечно, — фыркнула Сэйдж. — Подготовка. Конечно.