Ужин не проходил в шумной беседе, как это было несколько дней назад. Даниэль, как и другие, поддерживала разговор, но, без сомнений, замок наполняли беспокойство и страх. Она рассказала Гвинн и Соне о разговоре с Йеном, но они не считали его поведение странным. Они твердили ей, что другой Воитель на его месте поступил бы так же. Даниэль, однако, не поверила в это. Она всегда была реалисткой. Если бы Йен действительно беспокоился за нее, он бы показал это, когда она пришла к нему. Она знала, он переживал из-за того, что его бог не был под контролем. Она видела его удивление и ужас, когда он заметил ее раны. Поэтому она понимала, зачем Йен заперся в подземелье.
Но, не разговаривать с ней? Не слушать то, что она говорит?
Несколько минут, Дани ковырялась в тарелке с запеченными морскими гребешками, прежде чем встала и понесла свою тарелку на кухню. Ей нужно что-то делать, как-то занять свои руки и мысли. Она увидела раковину и сразу же начала перемывать все кастрюли и сковородки после еды. Маркейл вытирала посуду, а Кара убирала ее. Очень скоро все было вымыто, но Даниэль не хотела уходить. Она нашла другие предметы, которые нужно помыть, а остальные убеждали ее пойти в большой зал вместе с ними. Руки Даниэль стали сморщенными, когда она, домыв последнюю тарелку, поставила ее сушиться. Потом она начала протирать все, что намыла. Все еще не в настроении уходить, она оставила посуду в покое. Только тогда Дани прислонилась к мойке спиной и закрыла глаза. Ей предстоит провести еще одну ночь в одиночестве. Это не должно было ее волновать, после стольких лет одиночества, но, так или иначе, ее это волновало. Из-за Йена.
Они, возможно, оказались в центре самой опасной ситуации, которую только можно представить, но она чувствовала себя живой. Впервые в жизни она почувствовала, что живет, а не просто существует.
И тот, кто разбудил ее, тот, кто показал ей страсть, радость и экстаз был Йен.
Йен.
Может, он и не хочет, чтобы она была рядом с ним, но она нужна ему. Ей нужно увидеть его, услышать его. Даниэль вышла из кухни и направилась прямо к двери в подземелье. Разговоры в зале стихли, но ее никто не остановил. На этот раз, когда она шла вниз по лестнице, она не боялась.
Она подошла к камере Йена и, заглянув внутрь, обнаружила его лежащим на спине, раскинувшим руки в стороны. Это выглядело так, словно он рухнул без сознания.
— Йен? — позвала Даниэль, садясь на корточки. — Йен, ты слышишь меня?
Она протянула руку сквозь решетку, чтобы прикоснуться к нему. Она затаила дыхание и постаралась просунуть плечо сквозь прутья, чтобы дотянуться. Даниэль вздохнула и попыталась снова, перевернувшись на бок. На этот раз, кончиком пальца она смогла дотянуться до его рубашки, но не более. Она поднялась и позвала его снова.
— Йен. Давай. Поговори со мной. Скажи мне, что ты в порядке.
Он застонал.
Даниэль схватилась за решетку и поднялась с колен.
— Йен?
— Даниэль?
Она улыбнулась и крепче сжала решетку.
— Это я. Открой глаза. Позволь посмотреть на тебя.
Он перевернулся на бок лицом к ней и открыл глаза. Ее сердце замерло, когда он посмотрел на нее своими глазами цвета хереса, прежде чем поднялся на колени и отполз в угол, где она нашла его ранее.
— Что случилось? — спросила она.
Он покачал головой и уткнулся в ладони.
— А как ты думаешь?
Его голос был приглушенным, но она услышала гнев в его словах.
— Все время, что ты была со мной, Фармир никогда не брал надо мной верх. Я боролся, Даниэль. Я находил вирранов, чтобы убивать. Это сдерживало Фармира.
Она села боком к двери и оперлась головой о железо.
— Он пытался получить контроль, когда мы ходили по магазинам, помнишь? Ты не позволил ему. Я знаю, что у тебя есть сила воли, чтобы остановить его.
— Есть ли она? — спросил Йен и, подняв голову, уставился на нее. — Смогу ли я? Я запутался, Даниэль. Я больше не знаю, кто я.
— Я знаю, — прошептала она. — Ты — человек, который спас меня от существ, которых я не знала. Ты — человек, который вытащил меня из замерзшего озера и согревал меня, чтобы я не умерла. Ты — человек, который обещал привезти меня к Маклаудам, вопреки своему желанию. Ты — человек, который противостоял десяткам вирранов вместе с Хароном, чтобы не допустить смерти невинных людей. Ты — человек, который боролся, хотя и знал, что Дейдре могла забрать тебя. Ты — человек, который меня оберегал несмотря ни на что. И ты — человек, который нежно любил меня и обнимал холодными, темными ночами.