— Конечно, любила! — бросила Наоми, одарив его строгим взглядом. — Я… я уже миллион раз повторила, что не хотела его убивать! Клянусь, я бы никогда не причинила ему вреда! Эндрю… он был частью меня! Вы когда-нибудь любили по-настоящему, мистер Уоллес?! Вы знаете, каково просыпаться каждое утро в постели с любимым человеком?!
— Любовь? Боюсь, я забыл, что это такое.
— Значит, вам никогда меня не понять!
— Да, вы правы, — охотно согласился Итан. — Но я не специалист по вопросам любви и чувствам. Эта область знаний всегда была для меня загадкой. И вы снова были правы, когда сказали, что мне не дано понять, каково просыпаться в одной постели с любимым человеком. Я давно забыл, что чувствует человек, когда его любят. Забыл в тот момент, когда лишился родителей.
Наоми заметно загрустила, наградив его сочувствующим взглядом.
— Что с ними стало?
Итан пожал плечами.
— Зависит от точки зрения. Если спросить пожарных, у нас в доме был несчастный случай. Если спросить недалёких детективов полиции, они скажут, что мой отец хотел убить мою маму и скрыть следы. Но что-то пошло не по плану, и они оба загорелись.
— Вы так не считаете?
— В ночь пожара я видел кое-что, Наоми. Мне сорок три года, а пожар произошёл, когда мне было пять лет. И все эти тридцать семь лет я потратил на то, чтобы найти ответ. Что стало причиной пожара? Почему в спальне родителей загорелся огонь, если полиция не нашла никаких легковоспламеняющихся веществ? Родители не курили, камин находился далеко, а плиту мы всегда выключали. Дверь была закрыта, коридор заволокло чёрным дымом, поэтому мне пришлось прыгать из окна в собственной спальни. На следующее утро мне сказали, что я ударился головой и надышался дыма. Однако я и сам не до конца уверен. В какой-то момент мне показалось, что в огне — в том самом пламени, которое охватило моих родителей, я видел силуэт человека. Кто это был? Человек? Монстр? Дьявол? Душу готов продать, чтобы получить ответ.
Наоми поджала губы.
— Зачем вы пришли, мистер Уоллес?
— Видите ли, Наоми, поиски ответа привели меня в церковь. Я был священником, пока не нашёл доказательство существование дьявола. — Итан подался вперёд и зловеще прошептал. — Я видел его, Наоми. Я видел нечто, что завладело телом маленького мальчика. Этот переломный момент в моей жизни стал частью головоломки, которую я никак не могу решить. И я пришёл, потому что вы, возможно, дадите мне ещё одну деталь паззла, который преследует меня со дня смерти родителей.
— Вы думаете… — сглотнула Наоми, — что в ночь убийства мужа я была одержима дьяволом?
— Это вы мне скажите, Наоми. Зачем вы убили мужа? Зачем вы отняли жизнь человека, с которым вам так нравилось просыпаться по утрам? Кто направлял вашу руку? Кто заставил вас убивать?
— Я не знаю…
— Это было неосознанное решение, не так ли?
— Нет! Я бы никогда…
— Так, что случилось в тот вечер, Наоми? — спросил Итан. — Расскажите, почему вы убили мужа? Вас заставили? Это было помутнение рассудка?
Наоми опустила глаза и схватилась за голову.
— Я не знаю, мистер Уоллес. Клянусь, я очень хочу помочь. Но я… Всё как в тумане.
Амнезия редко становилась частью одержимости. Демонов много, и многие из них действуют таким образом, что жертва одержимости оказывается заперта в собственном теле. Разум оказывается разделён от тела непробиваемой дверью. Жертва не в силах вырваться. Она лишь может наблюдать за происходящим сквозь замочную скважину, не в состоянии повлиять на действия демона.
Слова Наоми не были похожи на правду. Она говорила очень искренне, в этом Итан не сомневался. Но он не спешил с выводами, потому что любую замочную скважину можно заткнуть. Это бы объясняло, почему она ничего не помнила.
— Не волнуйтесь, Наоми, — сказал Итан, протягивая ей библию. — Знаете, когда мне очень тяжело, я всегда беру в руки библию. Мне не хватило смелости её дочитать. Сколько раз я открывал книгу, столько раз я и закрывал её. И я, если уж на то пошло, не большой поклонник Бога. Отец Калеб сказал бы, что моя вера проходит испытание на прочность. Я нахожусь на перепутье, и мне нужно закончить свои земные дела, чтобы уверовать. Но библия… Она всегда меня успокаивала. Я находил ответы, даже если она была закрыта. Эта великая книга даёт ответы на многие вопросы. Но я убеждён, что нельзя жить одной верой. Все необходимые ответы находятся у нас в голове. Может быть, мы их не нашли. Может быть, мы не знаем, где их искать. Но иногда, когда мы в этом очень нуждаемся, библия указывает путь, что очень меня воодушевляет.
Наоми осторожно коснулась символа распятия на плотном переплёте.