— Пойдем сюда, — скомандовала она, торопливо шагая через площадь к комплексу зданий.
Уинн и Билл последовали за ней. Билл на ходу щупал пульс на шее у Арианны.
Амарун был заполнен беженцами. Казалось, что они лезли из всех щелей, скрытых в тенях и за валунами.
На ходу он слышал, как в толпе говорили:
— Та, Которая Услышала, появилась!
Фиамцы пристроились за ним, шепчась и шаркая ногами. Слева Уинн почувствовал присутствие Мешрани. Он быстро взглянул туда через плечо.
— Разузнайте все об этом месте, — приказал он. — Все. Бенары идут по нашему следу. Я хочу иметь возможность построить оборону.
Кочевник кивнул головой и повернулся к Тону. Взяв его под локоть, он направился к могиле Сираки Фэт.
Арианна слабо пошевелилась на руках Уинна. Он крепко прижал ее. Пенджаб Нэнни подвела их к строениям и исчезла за дверью комнаты, расположенной на первом этаже. Вокруг Уинна собралось много людей. Чувство клаустрофобии опять не давало покоя. Он пошел внутрь вслед за Пенджаб Нэнни.
Комната была слабо освещена светом большой свечи. Внутри стояла деревянная кровать и стол. Коричневый ковер приглушал звуки шагов. Уинн положил Арианну на кровать и сел рядом, сняв с плеча ружье и рюкзак.
— Она близка к фазовому периоду, Билл, — прошептал Уинн Оске. — Мы обязаны увезти ее с этой планеты. Как можно скорее.
— По моим расчетам, Ефрим должен прибыть в течение нескольких часов.
— Боюсь, она не продержится так долго.
Арианна моргнула глазами и тихо застонала.
Пенджаб Нэнни положила свою серую грязную руку на лоб Арианны.
— У нее жар. У меня есть с собой микстура, которая должна помочь.
— Давайте, — сказал Оска.
— Вы не можете провести с ней сеанс? — спросил он Уинна.
— Я боюсь, что он будет слишком глубоким. И я не уверен, что нам удастся выбраться из него, если появятся бенары. Это не самая удачная мысль.
— Значит, на этот раз ей придется справляться самой, — пробормотал Оска.
Уинн кивнул и снял с шеи ампулу с гералом. Он забыл о ней, пока Арианна не упала. Рука потянулась за ней автоматически. Он отвернул крышку и сделал ей укол. Она вздрогнула и слегка потянулась к нему, но тут же снова откинулась на кровать. Лекарство оказало свое действие.
Он поднял голову и увидел, что в окно и в дверь заглядывают люди со стиснутыми зубами и серыми лицами. Они теснились, чтобы все могли увидеть Ту, Которая Слышит.
Пенджаб Нэнни вернулась с чашкой и маленькой бутылкой. Уинн сел на стул около стола и смотрел на Оску и фиам-скую женщину. Они разжали Арианне рот и влили туда немного жидкости из бутылочки. Она закашлялась, заморгала и пошевелила руками.
— Подождите несколько часов, и она встанет, — сказал он тихо Пенджаб Нэнни, которая подошла к нему.
— Но когда это будет?
Уинн пожал плечами.
В комнату вошла женщина с подносом, на котором стояла еда. Пенджаб Нэнни кивнула ей, и она поставила поднос на стол и вышла, не взглянув на Уинна.
— Вы должны поесть, чтобы сохранить силы, — сказала Пенджаб Нэнни и протянула руку за маленьким желтым шариком на тарелке.
Уинн не обратил внимания на ее совет. — Что это за здание? — спросил он. — Это комнаты, в которых останавливаются пилигримы, пришедшие посмотреть на могилу Сираки Фэт. Комнаты обычно заполнены, особенно в это время года.
— Почему именно в это время года?
— Обычно в это время мы отмечаем День Освобождения. Мы разыгрываем сцены, рассказывающие о том, как Сирака Фэт опечатала оружие разрушения.
— Самое смешное в том, — сказал Уинн, — что если нам повезет, содержание сцен будет прямо противоположным.
Пенджаб Нэнни фыркнула:
— Мы делаем то, что от нас требуется. Никто не знал этого лучше, чем сама Сирака Фэт.
Уинн собирался ответить, но тут появился Мешрани.
— Что вам удалось обнаружить? — спросил вице-король, напрягаясь.
— Что в могилу нет входа, — прозвучал ответ.
Нет входа? Но он должен быть. Фи-амская мифология не может ошибаться и заставить их поклоняться пустому каменному монументу. Они похоронили Сираку Фэт… конечно, ее мумия должна быть в могиле.
Уинн Форрест выглянул из окна поверх голов столпившихся фиамцев, разглядывая цилиндр. Затем, отодвинув стул, он подошел к двери. Люди расступились, пропуская его к могиле. Она была сделана из плотно подогнанных камней, вытесанных соединенных между собой с большой тщательностью. Вырезаннаяи из черной лавы цвета полуночи, гробница находилась в резком контрасте с белым известняком, покрывающим окружающую ее площадь.