Прошло три долгих дня с тех пор, как ушел ее сын. Отсутствие Тона добавило к ее заботам дополнительное беспокойство. Несмотря на риск, она собиралась уйти из Энергетической станции, чтобы найти Тона и чтобы начать организацию сопротивления против пришельцев. Монашеская жизнь в темноте подземелья не очень подходила для осуществления плана. Многие нэнни делали то же самое, осторожно выходя на поверхность, чтобы подглядывать за пришельцами в надежде найти способ их выдворения.
В эфире все еще не было новостей о Кара Нин, но Пенджаб Нэнни слышала, что Тон прошел через Аугер, направляясь на Джангерсон.
Пенджаб Нэнни закинула узел за плечи. Она ушла прямо из спальной кельи, минуя комнату совещаний и кафетерий. Скальные стены Энергетической станции сходились вместе немного дальше, образуя низкую галерею с желобом, по которому бежала свежая вода.
Кто-то зажег пламя внутри священного круга. Слабый маленький огонь, но он показывал, что здесь были те, кто верил в силу учения Сираки Фэт. Пенджаб Нэнни остановилась, чтобы сказать про себя молитву. Подбрасывая сено в огонь, она подумала, что это был первый раз за все время, которое она помнит, когда ей приходится просить за выживание Детей Пламени.
Старая женщина искала ступеньки, ведущие к поверхности, которыми она ходила много раз за эти годы. Она не удивится, если этот раз будет последним.
Пенджаб Нэнни задержалась на выходе из Энергетической станции, наблюдая за лесом. Она начала про себя декламировать молитву Фанта Аум Сирака, ее мысли забегали, как круги молитвенного колеса, в надежде, что кто-то где-то может услышать ее призывы о помощи и прийти, чтобы снова вернуть мир его законным владельцам.
Стак элан Эмок сидел в мягком кресле в своей каюте и рассматривал через портал наблюдения маленький мир. Инженерной команде «Крууктана» удалось ввести в действие инерционный привод. Этого было достаточно, чтобы вести корабль, не задевая мусора, плавающего вокруг планеты. Они отвели корабль на участок чистого пространства, пока шли работы по восстановлению компьютеров и поврежденного двигателя. Нежданный стук в дверь отвлек внимание Стака от окна.
— Войдите.
Дверь плавно открылась, и вошел Мек. В руках у него был серебряный поднос с покрытыми узором чашами. Он приостановился, поведя ухом. Надетые на него колокольчики зазвенели.
— Что это? — спросил Стак, раздраженный вторжением.
Мек помедлил, сконфузившись.
— Вы хотели поговорить со мной, командор?
— Да, сэр.
— Говорите.
Мек сделал несколько шагов по направлению к порталу.
— Я озабочен уязвимостью корабля, сэр. Мне кажется, что мы должны вернуться на Бенарус сразу, как только восстановим компьютеры и двигатель. «Крууктан» нуждается в капитальном ремонте.
— И уйти с пустыми лапами, хотя мы знаем, что открыли центр человеческой популяции.
— Как вы предполагаете защищаться, если нас атакуют?
— Мек, послушайте меня. Вы должны научиться рисковать. Это то, что определяет лидера. Стремитесь быть похожим на великого Хьюстаса и соображайте, что это влечет за собой. Хьюстас увидел бы здесь возможность уменьшить тяготы наших братьев бенаров, привезя домой источник пищи. Возвращение домой, не попытавшись выполнить полностью наш долг, — обесчестит нас, особенно если мы поставим на первое место нашу безопасность.
— Значит, вы считаете, что император не примет наше возвращение?
— А вы хотели бы быть тем, кто скажет ему, что его лучший боевой крейсер засосал скалу и повредил периферийные системы? Я нет.
— Это не пустяковая поломка. Она угрожает всему.
Стак сделал паузу в беседе, чтобы глотнуть из стакана варанту и кой. Облизнув края стакана кончиком языка, он сказал:
— У нас все еще есть хатеонная ловушка и компрессорная волна. Два вида прекрасного оружия в нашем арсенале.
Помощник еще раз посмотрел в окно портала наблюдения.
— Спасибо за беседу, капитан, — он отвернулся от портала и слегка поклонился Стаку.
— Пожалуйста. Я хочу, чтобы вы знали, что я ценю вашу заботу.
Мек провел языком по морде и вышел из каюты, тихо прикрыв за собой дверь.
Стак стал снова рассматривать планету. Проблемой Мека было то, что он не мог думать, как черный бенар.
Прошло четверть дня, прежде чем инженеры, наконец, привели «Крууктан» в рабочее состояние. Корабль был все еще ограничен в своих возможностях и времени реакции, но, наконец, они могли выйти на орбиту вокруг планеты. Работа моста была восстановлена. Склады запасных частей были истощены, и техники разбирали каждый пригодный электронный блок на корабле, пытаясь спасти главную переключающую станцию и компьютеры, сгоревшие во время состояния текла.