— Я хочу, чтобы ты пошла сейчас с доктором Оска. Он расскажет тебе о твоей болезни и о том, чего от нее можно ожидать.
Арианна поднялась, но колени ее подогнулись, и она снова
села.
— Извините, сэр, — сказала она слабым голосом.
«Будь же сильной, — подумала она. — Я должна быть сильной. Иначе это не понравится Ефриму».
Мужчины помогли ей подняться. Оска крепко подхватил ее под локоть и повел к двери.
— Капитан!
— Арианна повернулась к отцу.
Старик потер заросший подбородок, голос его дрогнул:
— Из-за непредсказуемости твоей болезни я вынужден просить тебя сдать оружие.
Отдать оружие? Она заслужила право носить его. Она была капитаном по рангу в клане Центури, и дизраптер был символом ее власти. Вздрогнув всем телом, Арианна отошла от Оски и прошла в середину комнаты. Быстрым движением руки она расстегнула кобуру и протянула оружие отцу. Его холодные пальцы слегка царапнули ее руку, когда он забирал дизраптер.
Слова расплылись перед ее глазами. Арианна моргнула, и взгляд снова сфокусировался, но желания читать не было. Она выключила компьютер и положила ноги на стол. Вибрация мощного мотора флагмана Центури «Звездного Странника» заставила вибрировать палубу, стул, на котором сидела Арианна, и саму Арианну, напоминая, что ее увозят на Алун, чтобы выдать замуж.
Арианна нажала на несколько кнопок на щитке рядом со столом. В комнату проникла тихая музыка из спрятанной где-то музыкальной системы, жалюзи открылись, и перед ней оказался большой, во всю длину ее кабины, пункт наблюдения. Она выключила круглые плафоны, молча подошла к окну и стала смотреть на открывшуюся ей космическую панораму. «Звездный странник" приближался к системе Тенли.
Планет было пять, они казались тенями в ярком свете раскаленного белого солнца, и все эти вращающиеся небесные тела имели орбитальные кольца. Алун была самой большой. Арианна прищурилась, но так и не увидела ничего, кроме кривой астероидного пояса, изогнувшегося в системе, находящейся далеко вверху.
Арианна устала. Она несколько часов подряд смотрела на экран компьютера, пытаясь узнать как можно больше об Уинне Форресте и его религии Шэмони, о диолинопротозоме и о том, что предпринималось, чтобы найти средство от него. База данных в компьютере корабля была ограниченной в отношении всего, что не касалось тактической информации. Арианна не имела возможности получить доступ в главную библиотеку Корсикаты.
Сведений о ДЛП было немного: несколько характерных историй болезней пострадавших, но совсем мало о медицинских исследованиях по паразитическим заболеваниям.
Данные, которые она нашла по Уинну Форресту, были лишь перечислением текущих событий, перехваченных у галактических служб бульварного характера. Составленные, чтобы вызвать интерес у читателей, они были полны описания блеска и романтического ореола его публичной жизни. Но одно было ясно. У него уже была женщина. Ее звали Дженни Хендерсон-Стюарт.
Арианна вздохнула. Зачатки ревности вспыхнули в ней. Она понимала неразумность этих эмоций и все же не могла стряхнуть с себя кошмар мыслей о том, что человека, которого она любила, больше нет, он больше не существует, и теперь ей предстоит борьба с этой Дженни Хендерсон-Стюарт, чтобы завоевать любовь человека, единственный интерес которого к ней заключался в том, чтобы получить военное командование над ее кланом.
«Звездный Странник" приближался к порту, выверяя курс при вхождении в систему. Пояс астероидов таял, тихо удаляясь из виду.
Арианна нашла несколько историй о празднике зимнего солнцестояния Кан Хале. Жители Алуна проводили пять дней в кутежах и обрядах очищения. Один день люди собирали пищу у друзей и даже у незнакомых. На следующий день они постились, усиливая очищающий ритуал тем, что отдавали всю свою еду. Кан Хал показывал, получали ли алуниане годовой дар или нет. Они воздавали молитвы богу Анье, благодаря его за мудрость в ниспослании им хорошего урожая. Дар года имел какое-то отношение к прошлым жизням, но как подводились при этом дебет и кредит, из статей понять было невозможно.
В некоторых историях описывались мистерии жрецов Шэмони, но то, что прочитала Арианна, смутило ее. Они вступали в родство на основании дружеских отношений и связей, сформировавшихся во время прежних инкарнаций. Если кто-то держал другого в неведении о прошлом, то это скорее всего был старый враг, реинкарнированный, чтобы испытать чье-то терпение доброжелательность. Появление тех, кто приносил в настоящуюи жизнь любовь и смех, считалось возрождением надежды и счастья — даром Аньи.