– Но ты присылал деньги.
– Ну, она не просила сразу, потому что была умной и знала, в этом нет смысла. Теперь я понимаю. Так случилось, что она попросила после выхода моего первого альбома. Но я не выслал их тут же, как следовало. Мне казалось, мной манипулируют.
– Но выслал.
– Выслал. И это заставило меня почувствовать себя великодушным. Восходящая звезда помогает обычным людям. В какой-то момент я удвоил сумму. Она не просила об этом. Каждый месяц я отправлял чек, и каждый месяц она его обналичивала. И месяцы очень быстро превратились в годы. Если у тебя есть ребенок, которого ты никогда не видел, каждый год становится чуточку легче говорить себе, что ребенку куда лучше без тебя.
– Но это не так!
Он кивает.
– Видишь ли, она очень помогала мне поддерживать этот миф: что я выполняю свой долг этими чеками. Она никогда не писала мне, никогда не слала фотографии. Я отправлял деньги, и она соглашалась оставлять меня в полном неведении. Проблема в том, что я тоже никогда не догадывался о том, что что-то упускаю.
– Она делала так из-за гордости, – всхлипываю я.
– Да ну, правда? – Его глаза теперь блестят. – Лежа ночью без сна, я чувствую вину перед ней. Ты – у меня годы, чтобы искупить вину перед тобой. Но я даже не представляю последние месяцы ее жизни. Если бы я был рядом хотя бы изредка, то мог бы ее успокоить.
Он вытирает глаза пальцами.
– Лишь однажды я почти поступил правильно. Пять или шесть лет назад.
Фредерик не смотрит мне в глаза, и я ощущаю, как у меня внутри все сжимается. Может, я не хочу слышать то, что он собирается произнести.
– Это был единственный раз, когда она попросила о чем-то. Мне на почту пришла записка с просьбой о двух билетах на концерт в Орландо.
Мое сердце разгоняется.
Две слезы бегут по его знаменитым скулам.
– Я взял два билета и положил их в конверт у себя на столе. – Вытирает глаза рукавом рубахи. – А затем начал себя отговаривать.
Я зажимаю рукой рот, силясь задушить слезы.
– Я знал, что не могу просто отправить их и не увидеть тебя. Поэтому сказал себе, что все это слишком сложно – большой тур, большие ставки, много важных людей. Мне нужно держать себя в руках… – Его голос дрожит. – Я не отправил их. Прости.
Я закрываю лицо руками и плачу, потому что, если бы он их отправил, все было бы по-другому. И мама! Я вымаливала у нее эти билеты, а она сказала «нет». А потом перешагнула через свою гордость и все-таки попросила. И не получила их.
Он поднимается и подходит к тому месту, где сижу я. Прижимает мое заплаканное лицо к своей рубахе.
– Прости, детка. Я поступил ужасно.
– Я так злюсь на тебя, – выдавливаю сквозь слезы я. Наконец я это сказала. Сказала с текущими из носа соплями. Но сказала.
– Знаю, – говорит он. – Знаю, что злишься. И я готов все принять. Я никуда не уйду.
Плачу, и он крепко меня обнимает.
КОДА (итал. «хвост») – раздел, который подводит музыкальное произведение к концу.
Глава 31
– Я правда не понимаю, почему нужно делать это именно первого апреля, – ворчит Джейк. – Это просто жестоко.
Мы сидим на ДПО, мои ноги у него на коленях. Сегодня объявят, кто поступил в колледж, и мы договорились заглянуть на сайт одновременно. Джейк жутко нервничает.
– Может, я посмотрю за тебя? Так будет легче?
Без слов он передает мне ноутбук. Пароль уже набран. Он лишь тянет с тем, чтобы заглянуть.
Однако мне не терпится узнать, поступил ли он. Он так сильно этого хочет. Жму на кнопку.
Через шесть секунд на экране высвечивается сообщение на зеленом фоне: «ПОЗДРАВЛЯЕМ, ДЖЕЙК УИЛЛИС! ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ПЕРВЫЙ КУРС».
Должно быть, я взвизгнула, потому что на его лице появляется удивление. Затем он хватает меня за бедра и усаживает к себе на колени, чтобы тоже увидеть экран.
– Черт. Надеюсь, это не первоапрельский розыгрыш. – Его губы растягиваются в ухмылке.
– Поздравляю, – говорю, обнимая его.
– Теперь давай посмотрим на твое.
Верно.
– Как скажешь. А мы не можем немного насладиться твоей победой?
Джейк меняет ноутбуки, отставив свой на кофейный столик.