Сзади во весь свой высокий рост стоял Гриша. Я не произнёс ни звука, хотя хотел кричать во всё горло. Мой бывший товарищ, не имевший лица совсем, слепо побрёл по снегу, выставив руки вперёд. Мой план терпел крах. Я зажат в угол, деваться некуда — придётся бежать. Не теряя ни секунды, мои ноги сорвались со спасительного снега и начали нести меня по поляне чудес. Это действие тут же привело существо в дикий вой, напоминавший крик стаи волков. Цветы сорвались со своих мест и побежали в сторону возмущения. Гриша, шагая неуверенно, упал и принялся ползти на коленях в мою сторону, трава, обвивая его тело, помогала тому идти.
Мне повезло, и я не устану это повторять: природа, так же встречающая неизвестность, но со стороны человека, даже будучи хищником, немного медлит перед нападением. Это дало мне фору, благодаря которой удалось забраться наверх небольшого заснеженного склона. Стоило мне только спастись, как поляна чудес тут же замерла и замолкла, и на моё небывалое удивление, она принялась медленно, но верно ползти в мою сторону.
13
Я бежал не останавливаясь, да и трудно остановить человека, осознавшего, что это существо, хищник по своей сути, подвижно.
После того, как успокоился, вывалял забранную сумку в снегу, и, кроме того, сделал то же со своей одеждой, даже, несмотря на холод, растёр спасительную белую пелену о собственное тело.
Всё, что было далее — не является значимой частью моего рассказа, всё-таки после всего пережитого, голодный путь до «Архангела Михаила» — ничто. Одно лишь скажу: карта была испорчена настолько, что в определённый и очень скорый момент я перешёл на компас и двигался на юго-запад, по сути дела, вслепую. А потому неудивительно, что у меня закончилась еда, кою я промывал в снегу по нескольку раз, до того мне казалось, что в ней могут быть частички тех жутких растений. Пришлось жевать ремень и упиваться снегом, который нисколько не утолял мой голод. Нужно ли говорить, что заболел я скоро и едва мог спать по ночам, вздрагивая всякий раз, когда слышал вой стаи волков. Конечно же в этих протяжных голодных звуках я узнавал клич поляны чудес…
Дни не считал, но со всей ясностью знал — иду больше положенных трёх-четырёх дней.
Проклинал судьбу и делал это много и много раз. Но тем не менее сознание моё было прояснено, прошлое не имело надо мной власть. Полина хотела, чтобы я нашёл чудо-цветы, и желала, чтобы я, не верующий никогда и ни в кого, понял, как она справлялась с давящим ощущением неизвестности, и именно это и помогло мне, в конце концов, справиться с собственным ужасом. Раньше мне помогали люди вокруг, теперь — вера, заставляющая непоколебимо двигаться вперёд. Совсем необязательно для этого вводить лик бога, достаточно цели, в которую душа и вы сами погрузитесь с головой.
14
Довольно скоро я потерял счёт времени и шёл без надежды на спасения, даже шум воды и изменения климата, связанные с этим, никак на меня особенно не повлияли, настолько тогда мой дух устал.
Помню последним моим воспоминанием было то, как я, обессилев, упал без чувств в снег на одном из горных склонов. Очнулся же на «Архангеле Михаиле». Оказывается, команда шхуны не была такой равнодушной, какой выглядели на первый взгляд. Всё это время они ждали нашего возращения, а когда срок прошёл, капитан отправил часть команды на наши поиски.
— Возьми, — сказал он мне, когда я немного пришёл в себя и вкратце пересказал произошедшее, — полегчает, — он протянул мне зажжённую сигарету, и я, не курящий до того никогда, принялся впихивать в себя её дым так, словно бы он мог согреть мою душу, покрывшуюся вековым льдом от увиденного…