Ходила бригада Цветкова гуськом, по чинам: впереди машинист, потом помощник и затем уже кочегар. Кочегаром дали Цветкову Никодима Малышева, долговязого мужика с широкой, раскидистой рыжей бородой, известного всему депо своей любовью к выпивке. Впереди, не торопясь, выставив вперед голову, важно шествовал плотный, круглый Александр Иванович; разглядев номер паровоза, Цветков сообщал его бригаде и тихо, спокойно шел дальше. Андрюха Шкутов в свою очередь читал номер паровоза кочегару; тот останавливался перед паровозом, с минуту тупо разглядывая его и, не моргнув глазом, шел за Андрюхой. А Цветков тем временем говорил номер следующего паровоза.
— Давай разыграем, — предложил Егоршин бригаде.
— Вали, — оживился Жуков.
Цветков степенно приблизился к паровозу. Прочитав номер, он торжественно произнес торчавшему за его спиной Андрюхе:
— Вот и наш паровоз, Андрюша.
Андрюха ткнул в бок Никодима.
— Наш.
Никодим что-то промычал себе под нос.
— А! — выкатился из-за буфера Александр Иванович и просиял, как солнышко, увидев около будки бригаду Жукова. — Почтение товарищам! — приветствовал он и поздоровался с каждым за руку. — Смотрели машинку? — спросил он. — Какова?
— Здорово, ребята! — подошел и Андрюха.
Никодим хотел тоже поздороваться, но в это время зевнул, широко открыв огромную пасть, обрамленную рыжей щетиной, и не сумел вымолвить слова.
— С чего начнем, товарищ Жуков? — зевнул в свою очередь Александр Иванович, заразившись от Никодима.
— Не знаю, право, — оглянулся Жуков на Егоршина, — «не скажет ли он?»
— Александр Иванович, вас отменили в поезда. Шел сейчас, встретил Кузичева. Ругается — на чем свет стоит.
— Как отменили? — спросил Цветков, широко раскрыв глаза.
— Ну да, — подтвердил Егоршин. — Кузичева — на наш паровоз, а вас — в брехаловку, старшим, на место Кузичева. Говорят, вы же старше его: он — молодой, пусть поездит. Кузичеву каких-нибудь тридцать восемь, а вам — не меньше сорока.
— Сорок пять! — округлил свои лета Цветков, прибавив для ровности счета годика три.
— Вот видишь! Беги сейчас к дежурному, пока Кузичев не отстоял своего. Ему в поезда не хочется.
— Значит, правда? — присел от радости Цветков. — Не врешь?
— Что врать! Сам видел, пушился Кузичев около поворотного круга.
— Это совершенно правильно! — горячо сказал Александр Иванович. — Поскольку постановлено в брехаловку и на маневры назначать самых старших, надо исполнять.
— Иди, иди скорей! — посылал Егоршин.
— Бегу, бегу! — заторопился Цветков.
— А как же я-то? — спросил, недоумевая, Андрюха.
— Это дело не мое! — развел руками Цветков и бросился бегом в контору дежурного по депо.
— Я просто, ребята, удивляюсь! — обратился Егоршин и к Андрюхе. — Идете, не зная, куда вас назначили.
— Разве и меня? — глупо вытаращил глаза Андрюха.
— Что ты с ним поделаешь? — повернулся Егоршин к Жукову. — Вот не любят заглядывать в объявления в конторе да и только! Сеньку Новикова за пьянку сместили из пассажирских помощников и перевели в товарные. Тебя — на место его!
— Меня?.. — спросил Шкутов, побледнев от страха.
— Кого же? Не меня ли прямо из кочегаров да на пассажирский паровоз помощником! — развел руками Егоршин.
— Мне не справиться на пассажирском, — сознался, краснея, Андрюха.
— Беги к дежурному, улаживай! Через два часа — южный почтовый. Заправить паровоз не успеешь! — гнал Егоршин.
— Пойду! — глухо ответил Андрюха и пустился крупными прыжками вдоль депо. Слышно было, как бухали при беге его тяжелые валенки с толстыми подошвами.
— Ну, а ты что будешь делать? — спросил Егоршин Никодима.
Жуков с Алексеем с трудом сдерживали смех. Ну и работнички навязались в товарищи по оздоровлению паровоза! Пустились все наутек: один из-за лености, другой из трусости. Никодим, вращая белками, смиренно стоял перед расходившимся во вранье Егоршиным, чувствовавшим себя большим командиром.
— Видишь, нет твоей бригады? Иди и ты, пусть назначат куда-нибудь. А то останешься между небом и землей. Вдруг забудут тебя? На это их хватит. Иди, дядя! — посылал Егоршин Никодима.
— Мне что, я пойду! — согласился Никодим и медленно побрел в контору.
— Распуши их, как следует! Что, мол, человека забываете! — крикнул ему вслед Егоршин.
Бригада долго и дружно хохотала, пока не пересохло в глотках.
— Хватит! — остановил Жуков. — С чего начнем, ребята? Коня этого надо в должный вид привести.