— Ты смотри: я тебе в поездке спать не дам! — оборвал Алексей Дудика, бегавшего вокруг паровоза в поисках дела.
— Да разве я… — развел руками кочегар, — когда-нибудь… Что вы?.. Выспался в дежурке дивно!.. Только на часик раньше вас встал.
— Знаю! — резко бросил машинист. — На дровяном складе трепался. Опять какую-нибудь опутал?
— Да нет… — смутился Дудик. — Пашка Чижова пристает… возьми, говорит, замуж! Я только позубоскалил с ней.
— Приедем домой, в местком заявление подам, — сказал Алексей. — Позоришь бригаду. Вон Шурка в институт готовится… Смотреть на него приятно… А ты хоть бы курсы посещал, из кочегаров в помощники думал подняться! За книжку ни разу не возьмешься! Паровоза не знаешь! Какой ты кочегар? Возьму вот и откажусь от тебя! И другие машинисты не примут в бригаду… В самый раз тебе канавы от грязи чистить, а не на машине ездить. Блудник, одно слово!
Тот молчал. Покорный и тихий, он выслушивал нарекания машиниста и всем своим видом выказывал полное свое согласие с его словами. Машинист окинул его взглядом Кочегар показался ему притихшим котом, пойманным на месте преступления.
В столовой при депо, куда зашла бригада закусить перед отправлением в путь, окруженный плотным кольцом обедавших, под сплошной хохот рассказывал разные небылицы старший кондуктор Грачик. Про Грачика говорили, что у него половина задней части туловища надставлена чужим мясом.
Половину мягкого места у него отхватила граната белофинна, когда он, как рассказывал, врезался один на своей Пегой в батальон финнов и начал их крестить направо и налево, «что твой Егорий Победоносец».
— Я бы их всех перешерстил, да один как шарахнет!.. Смотрю, половина Пегой с передними ногами и мордой в лес побежала, а другая лежит на земле. Оглянулся — а у меня полушарий нехватает… Потом пришили.
Главный кондуктор Федоров справился у Алексея о состоянии машины и бригады.
— За машину ручаюсь, — ответил Алексей, — стара, да упряма, три месяца без ремонта ездим. Бригада вся перед тобой: помощник Верюжский и кочегар Дудик.
— А, Дудик! — отозвался Федоров. — Знаю, Верюжский-то надежен! — похлопал он по плечу Шурку.
Дудик, кося глазами направо и налево, низко склонился над тарелкой щей.
— Твои ребята каковы? — спросил Алексей.
— Старшим Грачик. Баловник на словах, но на деле зверь. Партиец, красный партизан. Врет за семерых, работает за троих. Младшие кондуктора двое — недавно из деревни: Васька Крайний не прочь выпить и поспать на тормозе; зато Илмар Трайнен — хороший парень. Остальные двое давно уже ездят.
Паровозники и кондуктора устроили краткое, летучее собрание. Шурка Верюжский, густо краснея, доложил:
— Этот состав мы должны вести из минуты в минуту по расписанию и без единой аварии. Только при общих действиях паровозчиков и кондукторов мы достигнем этого.
Составили договор между бригадами тяги и движения на ведение состава. Подписал треугольник, ответственный за всю работу: от администрации — главный кондуктор Федоров, парторганизатор — Алексей и от профсоюзников — Верюжский.
Алексей пристально осмотрел всех присутствующих. Главный кондуктор ему понравился: туго перетянутый, в форменной шинели, высокий, с жесткими большими усами, Федоров был старым железнодорожным волком.
Когда прицепились к составу, к паровозу подошла маленькая толстая женщина, укутанная платком, с узелком под мышкой.
— Дудик на этом паровозе едет? — спросила она с земли выглядывавшего из будки Верюжского.
— Здесь! Вам на что его?
Дудик стоял за спиной Шурки и не откликался.
— Мне бы поговорить с ним, — ответила женщина.
— Вот он! — указал Шурка. — Ты что молчишь?
— Это Пашка Чижова… хочет с нами ехать, — шепнул Дудик и хихикнул в сторону.
— Как ты смел звать ее на паровоз! — воскликнул с негодованием Шурка. — Ты ведь знаешь, что посторонним нельзя на машине быть?
— В чем дело? — сердито отозвался Алексей со своего места в будке.
— Дудик девушку пригласил ехать с ним, — ответил Шурка.
Дудик упорно молчал. Он вышел из будки и завозился с дровами на тендере. Алексей высунулся из окна и крикнул женщине:
— Вам что надо?
— Дудик обещал увезти меня сегодня на паровозе к себе. Женимся мы завтра. Я и пришла, — объяснила женщина.
— На пассажирском поезжайте. На паровозе нельзя. Я — машинист и не допущу этого. Понимаете? — разъяснил Алексей.
— Где Дудик-то, покажите. Скрываете его, что ли?.. — произнесла женщина с дрожью в голосе.