Гораздо позже, в конце 80-х, меня с товарищем, ребята – вертолетчики забросили поохотиться в тайгу. Это в районе поселения Березово, где в далекие времена отбывал ссылку сподвижник Петра Первого - Александр Меньшиков. Рано утром, в хорошем настроении не спеша шагал по тропинке от избушки к мари, где кормились стаи гусей готовившихся к перелету на юг. Вдруг возникло чувство беспокойства, дискомфорта, заломило спину. Интуитивно резко повернулся, срывая с плеча ружье в готовности к стрельбе. Знал, что в округе на сотню километров не могло быть никого кроме зверей. Но к удивлению, в 50 – 60 шагах, увидел человека выше среднего роста, неопределенного возраста, с лицом заросшим бородой стоящего на таежной тропинке. На сгибе левой руки он держал карабин армейского образца. Одет в изрядно потертую меховую одежду, головной убор закрывающий плечи, высокие сапоги. Так одеваются охотники в здешних местах. Прошло несколько секунд. Мы молча смотрели друг на друга. А затем он просто шагнул с тропинки и растворился в лесной чаще. После такой встречи желание продолжать охоту немного ослабло. О подобных случаях неожиданных встреч в таежных лесах северного Урала не раз слышал рассказы охотников и геологов.
Много воды утекло. Ушло поколение свидетелей тех событий. Время все рассудит. Сегодняшние рассказы проплаченных лиц, об ущемлении демократии, свободы в постсоветские времена – вывеска, за которой проходимцы всех мастей, воспользовавшись сложившейся ситуацией, ограбили народ и уничтожили СССР. А что у нас сегодня много демократии, свободы? Народ стал свободен от чего? Без работы, социальной защиты, с мизерными пенсиями и зарплатами он стал бесправен. Свободу от всех обязанностей имеют те, у кого по три паспорта, деньги в «офшорах», дворцы на Мальдивах. Здесь же следует напомнить, что за 1991 – 2018 годы страна потеряла восемь миллионов человек. Где они? О такой трагедии почему – то молчат.
Это конечно небольшое отступление от основной темы нашего повествования. Вернемся к Уральскому хребту, протянувшемуся от полуострова Ямал до пустынь Казахстана. Если верить исследователям, остров Вайгач также является продолжателем этих древних гор. Остановка поезда, базовый поселок геологоразведки Полярный, железнодорожная станция, далее условная граница, после которой в тундровой мерзлоте Ямало – ненецкий округ. Встречал лейтенант Михаил Беспрознов, выпускник Красноярского радиотехнического училища Войск ПВО страны, который выживая в экстремальной обстановке, выполнял самые разноплановые задачи, в том числе для вышестоящих военачальников. Ему обещали за стойкость «золотые горы», вышестоящую должность, но прошло время, и он был просто забыт. Наступило разочарование. Досрочно уволившись из Вооруженных Сил, Михаил остался на Печоре, руководил автоколонной. В 1978 году следы его потерялись. Пытался его найти, но безрезультатно.
По прибытию, вместе с Михаилом, встретил меня капитан В. Журов. В «диагнозе» его болезни я не ошибся. Он ждал команды на убытие в полк и «расслаблялся». Не раз приходилось удивляться: при «сухом законе», существовавшем в базовом лагере, на какие только ухищрения не шел народ, чтобы достать спиртное. Конечно, выдавали спирт, для проведения регламентных работ и как «расчетную валюту», но в основном его использовали и для других нужд, как « лекарство» от холода, неустроенности и снятия стресса. В последующем, постоянно находясь с личным составом, я не мог себе позволить подобное. К тому же неоднократные подъемы - спуски с высоты, нехватка кислорода постоянные работы, забирали много сил, особенно в период адаптации к новым условиям повседневной жизнедеятельности.
Задержаться в Полярном, мне было не суждено, из полка потребовали, чтобы я немедленно приступил к исполнению поставленной задачи. Гусеничный вездеход уже ждал меня, поездка заняла более двух часов. Под верхним ковром тундры масса неприятных сюрпризов: ручьи и речки с невидимыми обрывистыми берегами, болота, обломки скальных пород. Вездеход, на скорости, разрывая гусеницами верхний слой земли, постоянно «нырял» моторной частью в проталины вечной мерзлоты. При этом мои внутренние органы поднимались к горлу, а на резком подъеме, как – будто отрывались. В целях безопасности дверцы кабины вездехода сняты. К тому же здесь пир комаров, мошки, слепней которые могут довести человека до нервного истощения. Порой бывает, что совсем нет больше сил терпеть эти пытки. Приходится мазаться средством от «кровососущих». В северном варианте это средство упаковано в 3-х литровые жестяные банки, по цвету и запаху напоминающее мазут. Через некоторое время, от выхлопных газов работающей техники, пыли и нанесенной на кожу мази, наши лица становятся черными и лоснящимися, как у ребят из далекой Африки. Отмываться от такого «средства», приходится с трудом.