— Спасибо, — тихо выдохнула девушка, постепенно приходя в себя. — И... ничего страшного, ты ведь испугался. Мне даже не больно.
Астерия медленно поднялась с земли, отряхивая платье, затем протянула сверток, доселе прижатый к груди:
— Я принесла тебе мясо. Обжаренное, не сырое, — хихикнула она, будто уловив укор во взгляде дракона. — Если честно, я даже не знаю, чем вы питаетесь, поэтому прости, если не понравится.
Солнце медленно скрывалось за горизонтом, окрашивая небо в багровые тона и напоминая о приближающемся времени возвращения домой. Однако тревога за беззащитного дракона приковывала юную баронессу к месту. Мысль о том, что крылатый юнец проведет ночь один в темноте, напуганный и уязвимый, терзала сердце, но она оставалась бессильной перед обстоятельствами. Хотя родители и не разделяли общепринятой ненависти к драконам, Астерия не могла предсказать их реакцию, узнай они о таком неожиданном соседстве. Страх перед неизвестностью и возможными последствиями удерживал ее от опрометчивых поступков.
— Мне жаль, я больше ничем не смогу тебе помочь. Но ты можешь не волноваться. Большая часть территории этого леса принадлежит моей семье, и сюда никто не сунется. Я приду завтра утром и принесу тебе еще еды, потом мы вместе что-нибудь придумаем.
В ту ночь девушка не могла сомкнуть глаз. Тревога за дракона, острое чувство вины и беспомощности сжимали ей горло, пока, наконец, не выплеснулись наружу. Она ворвалась в спальню родителей с рыданиями и, прерывающимся от слез голосом, рассказала о незваном госте в их лесу. К счастью, барон отреагировал мгновенно: накинув халат и схватив тяжелый серебряный подсвечник, он бросился в лес, ведомый отчаянными указаниями дочери. Но место, где она оставила дракона, было пусто. Лишь примятая трава, темные пятна крови на земле и сожженные обломки деревьев свидетельствовали о том, что все это не было выдумкой. Дракон исчез, растворившись в ночи, словно мираж.
Спустя два года после произошедшего новый император драконов объявил войну всем семи континентам. Но целью было не завоевание, а освобождение. Совместно с герцогом Севера они отыскали и вернули на родину каждого дракона, томившегося в изгнании на чужих землях. В кратчайшие сроки Империя возродилась, достигнув такого могущества, что никто уже не смел бросать ей вызов или относиться к ее народу с пренебрежением. Король людей, виновный в многовековых гонениях, был свергнут и убит, а на трон взошел его внебрачный сын, оказавший имперцам неоценимую помощь. Он подписал мирный договор с драконами, и по его велению баронесса Астерия была выдана замуж за герцога Севера — того самого мужчину, чей пронзительный взгляд она сейчас ловила за совместным завтраком, о котором они договорились еще вчера.
— Ты очень мало ешь, — бесстрастно заметил дракон, помещая в тарелку супруги новый кусок тушеной говядины.
Не теряя темпа, он принялся нарезать стейк на идеально ровные ломтики и тут же стал перекладывать их к ней, один за другим. Казалось, он не собирался останавливаться, пока все пространство тарелки не будет заполнено.
Длинный стол ломился от мясных яств, составлявших большинство угощений. Герцог неотрывно следил, как Астерия, еле успевая пережевывать, покорно принимала каждый новый кусок. Едва она справилась с порцией, его рука уже потянулась к следующему блюду — на этот раз к сочной куриной голени.
— Герцог... а вы почему не едите? — робко спросила девушка, не решаясь прямо возразить.
— Я уже сыт, — ровно ответил тот, ловко отделяя мясо от кости. Он положил очередную порцию на тарелку супруги и настойчиво пододвинул ее ближе, всем видом показывая, что еда должна быть съедена.
Внезапно раздался спокойный голос экономки:
— Господин, позвольте предложить герцогине десерт? Думаю, ей бы хотелось попробовать торт.
Астерия облегченно выдохнула и с благодарностью взглянула на Анну.
— Именно! Если я сейчас переем, для сладкого совсем не останется места.
Герцог замер на мгновение, его желтые глаза изучающе скользнули по лицу девушки, затем он коротко кивнул. Анна тут же удалилась за десертом.
Сегодня дракон был молчаливее и сдержаннее обычного. Его лицо напоминало каменную маску, ни один мускул не дрогнул. Лишь пронзительные глаза пристально и неотрывно следили за каждым движением герцогини, заставляя ее сидеть с идеально прямой спиной и покрываться мелкой испариной от напряжения. За весь завтрак он не проглотил ни крошки, но с пугающей скоростью заполнял малейший намек на пустое место на тарелке Астерии. Она хоть и питала страсть к мясным блюдам, но от одной мысли о том, сколько еще бы ей пришлось съесть без вмешательства Анны, ее пробрала дрожь.