– Командир, спасибо, другом буду!– Протянул я руку, когда мой спаситель заглушил мотоцикл недалеко от частого сектора.– Ну, бывай.
–Будешь, Армаш.– Снимая, шлем, проворчала Лариса.– Никуда ты теперь не денешься.
– Сейчас не понял.– Ошалело произнес я. – А…
– Чего ты не понял, Армаш?– Лариса откатила транспорт в ближайшие кусты.– Пока ты спал, мир изменился, страшно и безнадежно. Пойдем.– поманила она меня в дом.
***
–Садись. Можешь пожить пока у меня.– Лариса присела на древнюю скрипучую кровать.– Насчет приставаний – забудь, ты не в моем вкусе, лезть не буду.– Сощурившись, улыбнулась она.– Рада видеть тебя, друг.
–Да, и я тоже.– Я присел рядом с Ларисой.– Ты изменилась. Похорошела.
–Хах, вот спасибо!– Хлопнула себя по коленям девушка.– Просто мастер комплиментов. Бестактен, как топор. Так.– Она поднялась и удалилась на кухню.– Чай с сахаром?
– Угу.– Ответил я и осмотрел помещение. Жила моя давняя подруга, похоже, одна, – кроме самого необходимого – стола, кровати, холодильника и ТВ в комнате ничего не было.
– Держи.– Девушка протянула мне кружку и уселась прямо на пол.
–Джинсы запачкаешь.– С улыбкой проговорил я.
– Да ну.– Махнула рукой Лариса.– Они, и голубой свитер, – вот и вся одежда. Большего не дано. В общем так, друг.– Она сделала глоток из своей кружки.– По улицам мы больше свободно не гуляем. В южных кварталах Инкери не появляемся, и вообще по одиночке не ходим. Такие правила.
–Эээ, мы – это кто? Я и ты? Да мы с тобой?
– Идиот.– Укоризненно посмотрела на меня Лариса.– Пока ты спал, все стало по-другому. И не только у нас. Конкретно Инкери почти окончательно отошел к нашим, и на выборах победили сторонники учения кого? Конечно, профессора Калугина.
–Чего?!
–Того. Эта зараза шагнула за пределы нашего милого городка. – Пропела Вербицкая. – Ну, ты сам подумай, насколько это выгодно. Человек не тратит время на личное – семью, детей, секс – он только работает. Что бы развиваться, но по нынешним законам находиться дома любой трудоспособный гражданин может исключительно после шести вечера, и то, по усмотрению работодателя – он может это время продлить. Сечешь фишку, Кириллица?
– Нет, это бред какой-то. – Только и смог сказать я.
– Вот, нашлись и такие.– Согласилась Лариса.– Но они практически вне закона, то бишь, – оппозиционный блок, – «Белая Роза». А те, на кого ты в поезде нарвался – «Черная Орхидея», и все, что они делают- ле-га-льно.– По слогам произнесла девушка.
– Погоди.– Протер я глаза, пытаясь разобраться в происходящем. – Ну и чего они добиваются?
– Им нужен «Комеро», Кир. Пока его у них нет, нет и полной власти. Полгода назад кто-то выкрал все формулы, затем и ампулы с препаратом. Все исчезло. И все кто знал что-то, – Лара вздохнула. – Исчезли. Вот так и живем.– Она подошла к окну.– Мы вне закона, друг. Работать права не имеем, потому что не в Партии, вот и собираемся, глушим финскую водку и курим под регги.
–Денис?
– Он пропал.– Обернулась Лариса.– Думаю, что формулы выкрал именно он. Что будет с ними делать – непонятно, но обратиться за помощью может вполне, поэтому мы под наблюдением.– Девушка поджала губы.– Вообще они имеют право убивать нас, но пока не рискуют.
Я потрясенно молчал.
–Аня?…
– Ничего.– Досадливо развела руками Лариса.– Ничего не слышно уже полгода. Бабка ее примкнула к «Орхидее» и теперь большая шишка, сам понимаешь, если даже она…– Девушка замолчала.– Появляться в городе – смерти подобно.
– И что делать?– Спросил я.– Этого не может быть! Можно же уехать, в другую страну, в конце концов!
– На, читай.– Лара кинула передо мной стопку газет.– Некуда бежать, Кирилл. Они везде. У нас один выход.– Она вновь повернулась ко мне спиной. – Уничтожить «Склеп». Доказать, что это – бесчеловечно. Иначе мы сгнием в своих подвалах. Как крысы.
***
– В общем, был момент в далекой юности, когда хотелось повеситься.– Аня бросила камень в воду, нарушив покой Туманного Озера.– А потом ты появился.
– Расхотелось?
-Ага, поняла, что зря не решилась.– Аня подошла ко мне.– Ну, губы-то не криви, шучу я. А то начнется сейчас. Я вот что думаю, Армаш, просыпаться нам пора.
– Не понял.
Я открыл глаза. За окном была глубокая ночь, настолько темная, что даже свет уличных фонарей не позволял рассмотреть собственные руки в темноте. Мелкий дождь по-прежнему барабанил по стеклам, погружая в сладкую дремоту.
– Кир?
–Ммм?
– Ох, ложись на диван, черт с тобой.– Лариса сползла на пол, ухватив за собой одеяло.– Ишь, нежный какой выискался. Даже спать не может.