–Да нет, мне интересно. Тебе же этот препарат даром не нужен. И город никогда не нравился. Врешь ты все, Шарапова, и не краснеешь нисколько. У тебя здесь другие интересы.
Юля посмотрела на меня и отпустила голову. Ухмылка исчезла. Я подумал, что они плачет, но мне показалось. Впервые передо мной была настоящую Юлю Шарапову, а не образ стервозной журналистки. Даже блеск в глазах угас.
–Короче, я брата потеряла, родного, младшего. Тогда, когда тебя ждала. – С трудом выдавила девушка. – Должны были вместе ехать, улетел один и в самолёте умер. Сердце остановилось. Была бы рядом – откачали бы, конечно. Может и нет. В любом случае, виновата я перед ним, все детство издевалась, даже поговорить путем не могли. Любила, конечно, брат же. Тем более родной.
–Увидеть его хочешь?
–Да поговорить, прощения попросить, не знаю, что бы душа успокоилась. «Склеп», при всей своей сущности, даёт такую возможность. Только это можно к сумасшествию привести. Опасно с такими вещами играть. Ты как ты пытаешься с тем миром контактировать, а это уже за пределами человеческого понимания. Разума, то есть. С ума можно сойти, короче говоря.
На озеро опустился густой туман. Дым от пожаров дошёл и сюда. Город уходил в небытие, но девственную природу это не волновало. Я оставил весла и вгляделся в воду.
–Мы на том месте, да…? – Спросила Юля. Я молча кивнул и прошептал по слогам: – «Ваа-на-мо…»
Мы стояли в самом центре озера, прямо под нами, под хрустально – безмятежными водами, покоились души умерших жителей огромного города. По телу пробежали мурашки.
–Греби, а. – Попросила, ощущая те же чувства, Шарапова. – Жути нагоняешь. Страшно, как никак. Ну, а ты, кого потерял?
–Друга убили из-за меня. И сестра погибла. Я сейчас жалею, что не поддерживал никого из них. Меня волновало только моё существование.
–Это разве плохо? По-моему, нормальное человеческое чувство. Природный инстинкт.
–Не по отношению к родным же.
–Ой, держите меня, батюшки. Родня, знаешь, разная бывает. Особенно когда до имущества доходит. Так что…
–Да я не об этом. Она же сестра была моя. Родная. Росли вместе. Ругались, конечно, но любил я её. Заботилась обо мне.
–И что ты ей сказать хочешь? Прости, не уберёг? Она и так это знает. А вот друг…
–А друг – не уверен. Мы с ним за час до смерти его ещё повздорили.
–Давно это было? С другом.
–10 лет уже прошло.
–Давно. – Юля сладко потянулась и, вытянув ноги, положила их мне на колени. – А был ли друг другом, Армаш?
–Убери. Был.
–Простите. – Наигранно извинилась Юля, убрав ноги. – Не дашь даже комфорта, подонок.
–С чего такой вопрос возник?
–Всё бывает. – Пожала плечами Юля. – Некоторые друзья отваливаются после определённых случаев. Не тот ли это случай, Кирилл? – Она подняла голову. – Сестра -то понятно. А вот был ли он рядом тогда, когда тебе тяжело, и не обвинял во всех грехах?
–Не знаю. – Задумчиво ответил я. – В любом случае, я виноват. И уже 10 лет нормально спать не могу. Хочу покоя.
Нос лодки примкнул к берегу. Мы оказались перед той самой пещерой, в которой нас ждало что-то ужасное. Ни на что другое рассчитывать не приходилось. Хотя Граф и сказал, что там ничего нет, и бояться нужно только себя.
Я помог Юле выбраться из лодки.
–Спасибо. – Девушка оглядела меня. – Кирилл, в общем я хочу сказать, пусть это и не в моем стиле. Извини, если что. Ты остался в городе, и вообще молодец. До сегодняшнего дня я считала тебя ничтожеством, но теперь понимаю, что ошибалась. Твоя сестра гордилась бы тобой, Кирилл. А вообще выглядишь так себе, Армаш, для встречи с родственниками.
–Иди ты, а. – Улыбнувшись, откликнулся я, обернувшись – Тоже хотел сказать… – Но Юли уже не было.
–Кирилл Александрович, какая встреча! – Таурус раскинул руки и улыбнулся. Откуда он взялся? – Какие люди, да без охраны! В гости пришли? Соскучились, так сказать, по старым друзьям? Ну, что же, добро пожаловать в ад, щенок. – Он взмахнул рукой.
Да, конечно. И моё сознание погрузилось в темноту. В очередной раз.
Часть 6. Финал
***
"Моя хорошая…? Ты вернулась, маленькая, глупая Мина…"
Аня откашлялась и ничего не ответила. Она висела, подвешенная за руки, уже больше двух часов. Каждые 10 минут помещение затапливало водой. Потом она уходила, и снова возвращалась. Боязнь воды – самый сильный страх, наплывал снова и снова, с удвоенной силой. Аня с трудом подняла веки и не ответила.
Зажегся свет, и в комнату вошел немолодой мужчина, в белом плаще с капюшоном, – кажется, он был главным. За ним последовали 6 тёмных, будто Призраки, фигур и равномерно распределились в помещении.