–Ну, здравствуй, Аня. – Мужчина снял капюшон и улыбнулся, обнажив ровные зубы. – Как же я ждал этой встречи.
–Папа… – Выдохнула девушка и опять закашлялась. Двое сняли её с цепей и аккуратно опустили на бетонный пол.
–Выросла. Ты оказалась умнее, чем я думал. Вся в меня.
–Папа, это ведь все ты… – Простонала Аня, безуспешно пытаясь подняться. – Ты убил профессора Корешковского, не Ба, уж точно.
–Аня, ты все об этом. – Ухмыльнулся мужчина. – Забудь. Дело давнее. Он мешал мне, портил все планы. И да, я его убил. Смирись, Аня, вы проиграли. Но я даю тебе шанс перейти на нашу сторону. Ты моя дочь, и я хочу помочь тебе, Аня.
–Ты… Ты же память предал мамину! – Громко крикнула Аня, и её глаза налились кровью. – Какая же ты мерзость, что, лёгкой жизни захотел? Решил все забыть? Как ты бабушку на это подбил, папа?!
–Ну, это было легко, она потеряла дочь и ничего не соображала. Даже если бы я предложил ей убить тебя, она бы согласилась. – Ответил папа. – Вот так вот, Аня. За препаратом будущее, которое мы построили. Подумай, пока не поздно, Аня. Иначе придётся от тебя избавиться.
–Ну, давай, а чего ты?! – Издевательски захохотала Аня. – Давай! Как остальных, давай, ну?! Папочка проснулся?! Иди к черту, Володя! Я тонуть буду, умирать, но продолжу тебе жизнь портить, ты меня ещё не знаешь, отец!
–Ну – ну. – Поднял брови Корешковский. – Упрямая, вся в мать. Таких как ты тяжело сломать, но даже у таких есть сладость. Кстати, твоя парень тоже здесь, да, не удивляйся. Пока что на 5 уровне, но это легко исправить. Так что, думай, Аня.
–Кирилл!!! – Завопила Аня, отчаянно болтая ногами в попытке выбраться, когда тени снова подвесили её. – Скотина!!! Дай мне только выбраться отсюда!
–Плохая девочка, подумай над своим поведением. – Снова усмехнулся мужчина. Включился насос, и Корешковский подал знак Теням. – До скорого, Аня, дочурочка.
***
«Эй! Вставай. Вставай. Встать!»
Я опешил и вскочил с кровати. Тишина. И никого вокруг. Я находился дома, в нашей трехкомнатной квартире. Из детства. Потушен свет и ни души вокруг. А за окном – то самое дерево, которого я страшно боялся в детстве. И комната, которая после смерти бабушки стала моей. Я укрывался одеялом до самых ушей, и, истекая потом, ждал рассвета. Не мог уснуть. Мне казалось, что кто – то наблюдает за мной. Я слышал шум, будто чьи – то ноги, едва слышно ходят ночью по дому. Мама говорила, что это сверху, или скрипят половицы. но все прекрасно ощущалось. Сестра спала в соседней комнате, совершенно спокойно. А я все не мог уснуть.
Я отбросил одеяло и двинулся в сторону соседней комнаты. Эти коридоры, поворот направо – всегда боялся, что оттуда появится что – то ужасное и набросится на меня. Я вгляделся в темноту и сделал шаг вперед, быстро преодолев страшный участок. Дверь в комнату сестры была прикрыта.
Едва я дернул ручку, картина переменилась: за стеной, в зале, включился телевизор, выглянуло солнце, наступил вечер. За окном раздался шум автомобилей. Штора, за которой кто- то был. Вновь наступила ночь, на занавески упал лунный свет. Конечно, этот страх помнил отлично.
Я кинулся к двери, не выпуская чудовище, но оно со страшной силой молотило по двери, пока не проломило в ней дыру. Сквозь нее проснулась голова ведьмы ядовито – зеленого цвета кожи. Ее руки схватили меня за шею и притянули к себе. Старуха страшно закричала, обнажив остатки желтых зубов, ее кривые пальцы сомкнулись на моей шее. Я заорал в ответ и, что есть силы, укусил ее за руку.
В этот момент все исчезло, и вновь наступила тишина.
***
Оставалось совсем немного до наступления сумерек, зарядил мелкий дождь с градом, поэтому небо затянуло тучами. Стирались последние остатки Инкери: город исчезал, и теперь уже ничего не могло этому помешать.
Полковник Власов не был совсем уж плохим человеком, напротив, воспитывал трех дочек, и слыл примерным семьянином. Недаром воры в законе не должны заводить семьи, слишком опасная у них «работа». Полковник Власов не учел, что он тоже «в законе», только на другой стороне. Когда границы стерлись, он потерял контроль над собой и уже не вернулся назад. В ту жизнь, ради которой он решить служить в полиции, служить закону. Большие деньги сломали некогда честного Власова, от тюрьмы его спасала только широкая спина Аристарха Карпова.
– Полковник Власов. – В окно машины постучали, автомобиль окружили со всех сторон, взяв его под прицел.– Выйти из машины. – попросил мужчина.
Полковник посмотрел на служебное оружие, лежавшее рядом, затем на кучу стволов, наставленных на него. Расстрела не будет, это гарантированно, а вот тюрьма стала гораздо ближе, чем когда – либо. Власов уже будто бы видел ее решетки. Что же, жить – не умирать, нужно пытаться выкрутиться.