– Сань! – Крикнул я ему вслед. – Как отсюда выбраться?
– Силой мысли! Думай, брат. Я не знаю. Я всего лишь мысль.
***
– Присаживайтесь, полковник. – Громов указал на стул, а сам уселся за стол в просторном кабинете. Вообще помещение напоминало генеральские хоромы: мебель, обитая шелком, сервизная посуда. Длинный, широкий стол с львиными головами. – Это временное помещение.– Майор поправил темные волосы. – Чай, кофе? Курите. – Он пододвинул Власову пепельницу и пачку сигарет «Мальборо». – Или вы не курите?
– Признаться честно, я думал, что меня будут допрашивать в другой обстановке. – Чиркнул зажигалкой полковник. – Новые методы, агент?
– Пока да. – Кивнул Громов. – Зачем нам эти гб – шные штучки? Мы пропагандируем методику сотрудничества, дружбы, так сказать. А вы, я так понимаю, не расположены к разговору? Зря.
– Ну, я вообще не понимаю, зачем меня сюда привели. – Власов расстегнул пиджак, вопросительно уставившись на майора.
–Конечно. Только без глупостей.
– Куда уж мне. – Власов повесил пиджак на стул. – И так, что же вас интересует?
«Lupa?» .
Дверь открылась и в кабинет вошла привлекательная девушка лет 25, с толстой папкой документов. Ярко выраженная, светловолосая финка, она прошагала на каблуках до стула, и, поправив серую юбку, присела напротив Власова. Пребывая в неожиданном шоке, полковник проследил весь путь девушки и улыбнулся.
– А в Финляндии все девушки такие красивые, или только агенты разведки?
– Абсолютно все, но таких как я – больше нет, редкая штучка. – На чистом русском ответила девушка. – Ирма Тихинен, агент SUPO.
– Ну, что же, раз все в сборе, давайте приступим. И да, хочу предупредить вас, полковник, по всему периметру дежурит усиленный наряд полиции, вертолет и снайпер. Не делайте глупостей.
– Ну, ничего себе. – Рассмеялся Власов. – Вшивый полковник, а такая охрана, молодцы. – Похлопал он в ладоши.
– Потому что полковник Власов – исключительно важная, и исключительно опасная фигура. – Улыбнулась Ирма.
– Ну, спасибо. – Улыбнулся в ответ Власов. – Я вам обещаю: лично от вас, деточка, никуда убегать не собираюсь.
***
Аня гребла то влево, то вправо, пока стена не встала перед ней тупиком. Страшно не хватало воздуха, и она поняла, что это конец. Где – то сверху мелькнул свет, но Корнева его уже не видела. Жадно хватая ртом воздух, она медленно пошла ко дну.
– Кир. Кирилл! – На дворе ночь, кажется, июль. – Вставай! – Аня толкнула парня и включила ночник.
– Что такое? – Кирилл протер глаза и присел. – Война началась?
– Нет, уснуть не могу. Пойдем, кофе выпьем?
– И о чем думаешь? Что тебя тревожит?– Уже на кухне Кирилл присел напротив.
– Мне почему – то страшно. – Смущенно засмеялась Аня и закрыла лицо руками.– Думаю, вот проснусь утром, а ты вещи собрал, и все. Нет тебя. Я тогда утоплюсь в Сайме. Не смейся только.
– Сайма – слишком прекрасная, чтобы в ней умирать. Я и не думал смеяться.– Кирилл дотронулся до рук девушки, которые та по – прежнему не убирала их от лица. – У нас же через неделю свадьба. Поэтому страх – это нормально. От этого никуда не деться. Я могу и о тебе также думать. Но не дума же. Дурочка, в Сайме она утонуть вздумала, нельзя тонуть в нашем с тобой священном Озере. – Парень подошел к Ане и обнял ее за плечи.
– Угу. – Она положила руки на стол. – А если забудешь, Кирилл?
– Чего забуду?
– Меня забудешь.
– Это невозможно.
– Ну, а вдруг?
– Тогда ты сама меня найдешь. Все, что находишь здесь – вечно, истинно. В краю Тысячи Озер, там, где заканчивается спокойствие…
– Начинаются берега Саймы, и душа все равно обретает покой. – Закончила за Кирилла девушка с улыбкой. – И наступает долгожданное умиротворение.
Аня закрыла глаза и вздохнула. Ее тело медленно опустилось на бетонное дно лаборатории страха. Свет сверху постепенно угас.
***
Саша умер. Я лично опускал его гроб в могилу, а в последний момент держал за руку. И сейчас передо мной стоял, по сути, глюк. А я внимательно его слушал. Сошел с ума. Определенно.
– Да нет же. – Саша поправил футболку и вытер руки. – Смотри. – Он ударил кулаком по стене. – Чистый бетон. Но это кажется. На самом деле – сталь, а в ней – чип, код. Который считывает твои страхи и воспроизводит их. Здесь все твои мысли. Не думай об этом. И тогда они отступят, твои страхи. Ну, пойми. Вот все, что я сейчас рассказываю, ты знал. Здесь нет ничего нового. Ты был здесь, или где то об этом читал, не знаю. Ну, сам подумай, ты столько лет думаешь обо мне, а тут – я, твои мысли, которые воспроизвели в реальность. Думаю, ты узнаешь кое – что, и перестанешь себя винить.