– Ооо, женская любовь такая непостоянная.
– Хватит, а!– Взмахнула сестра руками. – Из- за каких- то дур одну нормальную теряешь!
– Да, напичкала меня препаратом и в поезд закинула! Нормальная!
– А зачем, Кирилл? Какой же дурак, а! Чтобы жизнь твою спасти! Что бы ты жил, братик!
– Не знаю. Я не знаю.
– Пойми. Ты ей очень нужен, Кирилл. И маме очень нужен. Здесь почти очевидный выбор.
– Почти?
– Почти – это мое, не придирайся к словам! А, слушай. Инкери – это Финляндия?
– Очень близко к ней. Но пока нет.
– Ну, вот видишь,– улыбнулась сестра. – Ты почти достиг своего рая. Остался маленький шажочек.
***
Власов нервно постукивал по столу, переводя взгляд с Ирмы на майора, с майора на Ирму.
Они удивительно дополняли друг друга, хотя и не были союзниками. Так уже сложилось исторически, что у Финляндии и России не могло случиться настоящего братства. Слишком много амбиций у одной, и слишком большая и крепкая тяга к свободе у второй. Но здесь, на краю света, в темном уголке Севера, интересы двух агентов совпали и объединились перед одной целью. И полковник всеми силами пытался понять, какой, но пока безрезультатно.
– Майор, теперь я попрошу нас оставить.
– Пожалуйста.– Громов встал и прошел к выходу. – У вас три минуты.
– Майор!
– Хотя, нет, – две. – Громов молитвенно сложил руки и улыбнулся. – Инструкция. И то в порядке исключения.
– Курите, Власов. – Протянула пачку сигарет Тихинен, когда офицер вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
– Нет уж, спасибо. – Улыбнулся полковник. – Вашу дрянь не курю.
– Какое пренебрежительное отношение к финскому табаку.– Цокнула Ирма, кокетливо покачав головой.
– Уж простите. Особой любви к вам не питаю.
–Мы к вам тоже.– Тихинен извлекла из нагрудного кармана пиджака синий платок и вытерла тонкие губы.– Послушайте, полковник. Давайте на чистоту. Меня не интересует препарат, да и вам он не нужен. Ни вам, ни нам, ни финской, ни русской стороне. Я ищу одну девушку, и мне нужна абсолютно вся информация о ней. Ваше положение безнадежно, вы это понимаете.
– А что же взамен? – Хитро улыбнулся Власов и откинулся на спинку стула.– Давайте так. Я приму во внимание вашу просьбу, а вы – мою просьбу.
– Я вас слушаю, Власов.
– Так вот, идите к черту, господа Тихинен. – Расхохотался полковник. – Условия, какие условия? Вы же сами сказали: мое положение безнадежно. О каком сотрудничестве может идти речь, чудо вы мое? Я не знаю никакой девушки, и ничего не знаю вообще. Это все, что я хотел сказать.
– Слушай сюда, полковник. – Ирма не спеша затушила окурок, и неожиданно, перегнувшись через стол, схватила Власов за воротник пиджака так, что он не мог пошевелиться. – Слушаешь? Умница. Я все знаю про тебя, полковник, про твою дружбу с Карповым, про Ванамо, а знаешь почему? Знаешь? – Девушка заглянула Власову в глаза. – Потому что в городе, который сравнял с землей, было 10 выживших, полковник, а не 9, маленькую девочку нашли уже потом, еле живую! Но я выжила, Власов! Выкарабкалась! И да, я своими глазами видела, как ты шептался с Хямиле, что город не надо спасать! Если хоть волос упадет с ее головы – ты сгниешь в финской тюрьме, я тебе обещаю.
– Ого, я смотрю, вы сдружились.– Застыл на пороге Громов. – Госпожа Тихинен, все в порядке?
– Да. Да, все хорошо. – Ирма отпустила Власова и уселась обратно, поправив прическу. – Кажется, мы договорились. Да, полковник?
– Это замечательно. – Хлопнул в ладоши майор. – Подышим воздухом, Ирма. Пойдемте.
***
«Кирилл!!!»
Аня прошла на середину комнаты, наполовину затопленной водой. Свет падал только от тусклой лампочки сбоку.
«Кирилл!!!»
– Аня, нам нужно уходить. – Спокойно сказал Граф, взглянув на руку, будто бы там могли находиться наручные часы. – Время. Иначе я больше не смогу вам помочь.
– Кирилл!!! – Еще раз крикнула Аня, и, набрав воздуха, нырнула под воду. Спустя мгновение она появилась на поверхности, держа парня за руки. – Он не дышит! – Отчаянно закричала девушка, хлопая Кирилла по скулам. – Он не дышит. Он не дышит, да помогите же, Граф!
– Мне очень жаль, Анна.
– Что…? – Аня обернулась, но Графа уже не было. – Черт. Черт, черт, черт!!!
Девушка вытащила Кирилла на крохотный сухой пятачок и принялась делать искусственное дыхание. Бесполезно. Парень не дышал и уже был смертельно бледен. На руках и лице виднелись чуть заметные следы ожогов.
«Родной, да ты чего…?»
Аня делала искусственное дыхание, хлопала Кирилла по щекам, снова искусственное дыхание.
•
«Кирилл…». Выдохнула она, уже со слезами, измождено опустив руки. Сердце бешено колотилось от страшной мысли.