Сердце бешено колотилось. Сверху капала вода, с крыши, с серо – зеленых стен, с мерцающей тусклой лампы. Она замерла в каком – то шоке, будто пыталась отгородиться от чего – то жуткого руками : они замерли в полудвижении, в молитве. Я слегка коснулся ее…
– О, Господи!!!– Воскликнула Аня, закрыв лицо руками.
Капюшон упал с головы Юли, обнажив абсолютно седую голову и перекошенное от страха лицо. На нем застыло выражение ужаса, и глаза навсегда остались навыкате. Я в страхе отпрянул, а затем кинулся к Ане и крепко обнял ее.
–Не смотри. Не смотри туда!
– Господи, Кирилл, надо уходить, скорее, пожалуйста! – Содрогаясь в рыданиях, Аня вцепилась в меня.
–Мы уйдем, слышишь? Но нам нужно на 9 уровень.
– К черту 9 уровень, Кирилл!!! – Аня посмотрела мне в глаза. – Я столько раз тебя теряла, послушай! Второй раз здесь, и все ради тебя. Чтобы ты жил, и ты жив. Теперь надо уходить, Кирилл. К черту все, это ад, они все мертвы – Григорьев, Ханна, ее дети, Микка, все! И мы будем вечно здесь бегать от собственных страхов, пока с ума не сойдем! Это страшная смерть, Кирилл! Я не хочу отдавать свою жизнь, тем более рисковать твоей, потому что люблю тебя, слышишь? Ты же мне веришь? Не сомневаешься во мне?
– Нет. Конечно, нет. – Не очень уверенно ответил я, Аня это увидела.
– Я знаю, о чем ты думаешь. – Спокойно сказала она, сглотнув. – Да, я разыграла весь этот спектакль. Да, мы все играли в дружный пансион, потому что Паша нам приказал. Да, мне многое обещали, в том числе и правду о Ванамо, но я никогда, – твердо воскликнула она. – Никогда, слышишь? Никогда не переставала любить тебя, и даже «Komero» не смог заставить забыть тебя, Кирилл. Я знала. Всегда знала, что произошло в метро.
– Вот деньги, вот ключи от машины. – Аня резко затормозила и нырнула за угол, увидев Сашу Бухарского, большого друга Кирилла. Он разговаривал с каким – то мужчиной в полицейской форме. – К 12 придете в метро, без опозданий.
– Принял. – Ответил Саша. – Что с моей семьей?
– Не дрейфь, все будет в порядке, если правильно все сделаешь. Ну, а если нет, сами посуди, выбора ты нам не оставляешь. Главное, помни, Лариса, там должна быть Лариса Вербицкая. Не подведи.
– Алло, Лара?
– Ой, Боги финские, кто меня вспомнил, принцесса Анна!
– Замолчи. В общем, сегодня никуда не ходи, слышишь?
– Чего?
– Ничего! Жить хочешь – сиди дома!
– Не поняла, ты мне угрожаешь, подруга? – Рассмеялась Лара.
-Я сейчас пойду к твоему отцу!
– Эй, все, все, я поняла, дома так дома.
– Тебя я не нашла. – Вздохнула Аня. – Ни дома, ни по телефону. Пошла в полицию, а они только плечами пожали. Нашла Сидельникову, установили, где вы, и шли по следу. После того, как ее… – Сглотнула Аня. – Я следила сама, а потом вызвала полицию.
– Нет, этого не может быть. – Ошалело усмехнулся я. – Не может быть.
– А зачем мне врать, Кирилл?
Я присел на корточки и закрыл голову руками. 10 лет я винил себя в смерти друга, который, как оказалось, сам привел нас в смертельную ловушку. Не спал ночами, не мог нормально есть, потерял все и оказался в «Склепе». 10 лет я напрасно изводил себя из – за человека, который продал нас всех. Женю, меня, Риту. Всех. Он повел нас на смерть, надеясь сохранить семью, но в итоге погибли все. А его младший брат затеял страшную игру, от которой продолжали умирать люди.
– Слышишь, Кирилл?– Саша присел напротив. – Я гад, я. Но у меня выбора не было. Не знал же, что они и семью мою уничтожат. Был выбор: вы или они. Я выбрал семью. Не мог иначе. Должен был все рассказать, но что мы тогда могли, брат…? Подростки. Дети. Прости меня, друг.
Аня присела рядом, обняла и поцеловала в макушку.
– Почему… Ты сразу мне не рассказала…?
–Кирилл…– Аня взяла меня за руки и погладила по голове. – Ну, разве ты поверил бы мне? Я же тебя знаю.
– Кир. – Позвал Саша. – Здесь полно собак. Вам надо уходить. Дверь слева от меня, в стене. Беги, и как можно скорее. Иначе, – он кивнул на Юлю. – Умрете, как она.
Я подошел к стене, и нащупал ручку двери. В этот момент из темноты угла, неторопливо, вышел огромный пес, не черный, нет. Золотистый.
– Кира, – похлопала меня по плечу Аня. – А он реальный, или нет?
– Не знаю. – Дрожащими руками я дергал ручку, она не открывалась. Пес смотрел мне прямо в глаза. – Да что такое?! – Я уже отчетливо слышал за стеной топот множества лап.– Твою мать!!!
– Хорошая собака. – Прошептала Аня. – Кира, он настоящий. Пар идет, смотри.