– Стоп. – Покачала головой Ирма. – Почему вы думаете, что Ханна Кетонен, выжившая в Ванамо и моя приемная мать Ханна Тихинн – это один и тот же человек? Не понимаю.
– Слишком очевидное совпадение. – Ответил майор.
– Это не объяснение.– Ирма уставилась на него янтарными глазами. Майору на мгновение стало не по себе. – Тогда зачем она скрывала, что я ее настоящая дочь, назвала меня другим именем? Бред, не понимаю.
– А вы вспомните, что случилось с теми, кто выжил официально. – Сказал Громов. – Они все мертвы. Почти все.
–Вы – сумасшедший, майор. – Не отрывая взгляда, пробормотала девушка. – Это бред, такого просто не может быть.
– Тогда как вы объясните ваши кошмары, Ирма? Возможно, знали что – то страшное. Что вы ищите, Тихинен?
Ирма устало откинулась на сиденье и тяжко вздохнула.
– Я…Не помню. – Коротко бросила она. – Одного человека. Девушк. У меня есть фоторобот. – Она достала сложенный листок из нагрудного кармана. – Больше никаких воспоминаний.
– Хм, что – то очень знакомо. – Задумчиво произнес Громов, рассматривая фоторобот девочки лет 8-9. – Это ваша подруга детства.
– Я не помню, майор. – Повторила Ирма. – Есть еще одно предположение. – Она извлекла еще один листок.– Среди выживших в Ванамо моего возраста было только один человек. – Она протянула бумагу Громову.
– Анна Корнева. Потом Корешковская. Внучка профессора Корешковского.
– Да.– Кивнула Тихинен. – И, похоже, что сейчас она в «Склепе».
***
Я толкнул дверь – она поддалась, со скрипом приглашая нас внутрь. Аня посмотрела на меня, взяла за руку и кивнула. Мы шагнули внутрь, дверь за нами захлопнулась.
Чтобы вы представляли на месте своего самого большого страха? Огромных монстров, пауков, собак или каких- то диких чудовищ? Нет, все было проще. На последнем круге ада не было ничего. Ничего, кроме зеркал.
Их было сотни: на потолке, на стенах, на полу – даже он был стеклянным, где, к своему ужасу, я смог увидеть свое отражение. Жуть какая. Сотни, тысячи зеркал, все они сливались в один сплошной калейдоскоп, слепящий глаза.
– Так вот оно что. – Я повернулся вокруг своей оси. – Гениально. Что может быть страшнее себя самого?
– Вы абсолютно правы, молодой человек. – К нам вышел уже немолодой мужчина лет 55, седовласый, в светлом свитере и аккуратно начищенных ботинках. – Страх – это искусство. Жизнь склоняет перед ним колени и абсолютно бессильна, как и любовь, и только человек может покорить, сломать страх, но, – Он приподнял вверх указательный палец. – Не победить. Ни в коем случае.
– Профессор Калугин. – Выдавила из себя Аня, вглядываясь в его морщинистое лицо и маленькие глаза. – Вы…
– Позвольте, вы же… Анна, Анна Корешковская. Польщен, весьма. – Он потянулся к Ане, но она одернула руку.
– Что вы здесь делаете? – Спросил я. – Вас ищут, уже давно… Там же катастрофа происходит, по вашей вине!
–Позвольте! – Возмутился Калугин – Я, как вы заметили, здесь, а вы, так сказать, обвиняете меня во всех грехах. Сижу тут уже 100 лет, что бы вы знали, и выбраться из «Склепа» не так уж легко! И вообще, у моей идеи были абсолютно другие цели, но я…– Запнулся он. – Сдуру сболтнул их не тем людям. Мой проект нуждался в финансовой поддержке, и мне обещали ее предоставить, а потом вот, я здесь. – Закончил профессор. – Как вы вообще добрались до 9 уровня? Это никому не удавалось.
– Это любовь. – Хмыкнула Аня. – Нам нужны формулы препарата и его остатки. Их нужно уничтожить, понимаете?
– Нет, не понимаю, зачем? Если их можно использовать в других целях?
– Каких, людей убивать?! – Воскликнула Аня.
– Зачем?! Лечить, лечить от страха! Это же регресс, тормоз прогресса. А без страха человек станет идеален. И сможет развиваться, совершенно спокойно. На благо человечества.
– Профессор , вы больны, это вам надо лечиться. – Заключил я. – Не надо лезть в человеческую природу, она – идеальна.
– Нет! – В сердцах воскликнул Калугин.– Вы жестоко ошибаетесь, молодой человек, потому, что очень глупы. Посмотрите на вашу спутницу, она уже бросила одного у алтаря, что помешает ей сделать это с вами?
– Я… Я,– задохнулась от возмущения Аня. – Кирилл, не слушай его!
– Нет, вы послушайте.– Шепотом произнес Калугин, надвигаясь на меня. – Слушайте только мой голос. Только мой голос и ничего больше…
– Кирилл! – Отчаянно воскликнула Аня, но я не реагировал. – Очнись! Не поддавайся!
– Вот так. – Калугин отошел на шаг и усмехнулся. – А теперь убей ее. Покончи с ней во имя Страха. Давай, я приказываю.
Я повернулся к девушке, и, посмотрев мутными глазами, медленно зашагал к ней. Аня не двигалась с места, не веря, что смогу убить ее. Я был все ближе, и уже тянул к ней руку, как вдруг остановился, резко развернулся к Калугину и ударил того под дых. Профессор согнулся крючком, жадно хватая воздух.