Родители переглянулись друг с другом.
— Да, пожалуй, — кивнула мама.
— Довольно хорошая сфера, — кивнул отец. — Тогда я открою для тебя семейную ячейку библиотеки и договорюсь, чтобы тебя приняли в исторический класс Эфирской Академии.
— Я вас не разочарую.
Мама опускается передо мной на корточки и крепко обнимает.
— Я так рада, Мирэль, что ты не отчаиваешься.
Я прижимаюсь к маме в ответ. Меня обволакивает знакомый запах лечебных трав и чёрного дыма. Наверняка она пыталась спасти жизнь Эфирии вместе с тёмными целителями, так что пропиталась их дымом. Её объятие было таким же тёплым, как и до всего этого кошмара. Она тёплая, как большая медведица, защищающая своего детёныша. Она все еще любит меня. Она в меня все ещё верит.
— Спасибо, мама.
— Значит, решено, — отец с облегчением выдыхает. — Хорошо, постарайся в новой дисциплине. И не затягивай со своим переездом в «Нить Денеи» — оттуда до библиотеки ближе.
Отец кивает мне и, взяв маму под руку, уходит.
— Ты молодец, — напоследок говорит брат и скрывается за дверью.
Этот разговор придал мне сил. Я не безнадёжна, и я должна доказать это!
— Госпожа... — Сара выглянула из-за двери со стопкой книг в руках. — Я принесла то, о чем вы просили.
Я улыбаюсь Саре.
— Что-то произошло? — Сара передает мне книги, и я с любопытством рассматриваю новые корешки.
— Нет, у меня просто хорошее настроение.
Я погрузилась в чтение. В новые исторические факты, в жизни новых личностей и в разные магические случаи. Все свободное время я проводила за книгами. Дни сменялись неделями, а недели — месяцами, и все время уходило на поглощение знаний. Я совершенно не замечала, как меняется обстановка вокруг меня. Как моя детская сменилась роскошными покоями «Нить Денеи», из окон которой можно было разглядеть весь район Денеи. Как игрушки сменились новыми историческими фолиантами, а детские рисунки — картами магических сражений.
Я не замечала, как мелькали вокруг меня лица эфиров. Академия? Промелькнула для меня как один большой сон, детали которого я не запоминала. Лица и шёпоты, до которых мне не было никакого дела. Пока все мои одноклассники бездельничали или заводили друзей, чтобы перевернуть библиотеку академии верх дном, я приходила после этих бедламов к нашему библиотекарю, мистеру Отто, и помогала убраться, а тот любезно давал мне книги из запасников.
— Госпожа Мирэль, такая тяга к знаниям, безусловно, похвальна, но...
— Но что? — спрашивала я, захлопывая корешок очередной прочитанной книги.
— Но вы не сможете заглушить свои душевные раны шуршанием страниц. Знания, увы, не лечат душевной боли.
Но я не могла перестать стремиться к ним. Каждый учебник порождал гору новых вопросов. Почему в одном из них бездыханных перестают упоминать после пятидесятого года после рождения Призмы, а в других не упоминают вовсе? Почему где-то говорят, что они пожирают магию, осушая волшебников, подобно тому, что случилось с Эфирией, а где-то говорят, что они настолько бесталанны, что даже жить без магических технологий не могут?
Академия проводила меня с красным аттестатом, и пришла пора Эфирского института магии и курса истории магии. Диплом с отличием и степень магистра — все это лишь ступени, чтобы получить доступ к закрытым архивам. Я участвовала в научных конференциях и исследованиях. В моей комнате уже не было видно обоев от дипломов, благодарностей и грамот, а в душе росло тревожное чувство.
— Мне... — это было даже тяжело произнести вслух. — Мне больше нечему учиться.
Плато.
То самое страшное чувство, когда расти дальше некуда. До следующей степени — профессорской диссертации — мне нужно открытие. То, чего ещё никто и никогда не видел. То место, где ещё не ступала нога эфира. Однако разве возможно совершить открытие в уже сотни раз переписанной истории?
Именно в переписанной истории. Замеченные мною обрывки о бездыханных не были авторской неточностью. Практически в каждом фолианте о них писали по-разному. Даже в том, который должен был изучать их. Не было ни одного точного определения этого слоя общества, кроме того, что у них нет магии и живут они в Городе Бездыханных.
— Вы учёные или кто?!
— Госпожа...
— Никакой точности в наш просвещённый век!
— Госпожа!
— Что же это делается-то, как так можно халатно относиться к своей работе?!
— ГОСПОЖА! — Сара силой выдрала у меня очередную книгу. — Хватит! Вы с утра ничего не ели!