Прямо сейчас пара таких «белоснежных» вошла в центр города и начала шнырять по нему. Видимо, их в своём светлом мире не учили банальной вежливости и уважению к ближним.
— Ты глянь, какие козлы, — Гас указал в сторону одного «белоснежного» у ларька, у которого ещё недавно стоял участник «Лица». Тот о чём-то громко переговаривался с торговцем, размахивал руками и тыкал себя в грудь. Потом он резко выхватил у торговца вязаную игрушку и пошёл по улице, гордо вертя плечами. — Надо позвать на подмогу! — Гас тянется к рации, но я его останавливаю.
— Это центр города, там три патрульных, ещё подзовут кого-нибудь, они не слепые и сами видят.
И после моих слов, словно выполняя какой-то приказ, на площадь выходят четверо «Кулаков». Самый старший из них опрокидывает вора лицом вниз и забирает товар, возвращая благодарному продавцу. К упавшему тут же подбегают его товарищи: один поднимает вора и приводит его в чувство, а другой с важным видом идёт к «Кулаку», пытаясь что-то выспорить.
— Вот наглец, ещё что-то доказать пытается, — говорит Гас, пока «белоснежный», размахивая руками, тычет в нашего коллегу. «Кулак» резко опускает руку на плечо светлейшего стражника, заставив его немного присесть и сбавить пыл, а его сопровождающие начинают спокойно что-то объяснять борзому светлейшему.
— Ага, — лениво отвечаю я Гасу. — Решили, раз их стражей в наш город назначили, то они здесь власть. А Уил уже давно взятку их начальству заплатил, так что даже если нажалуются, толку не будет.
— Ха-ха, — Гас довольно смеётся, когда буйных «белоснежных» под руки уводят с площади.
— Видишь, Гас, я же говорила, сами справятся.
*Трень-трень!*
Это опять звонил мой телефон, и всё тот же номер из города Денеи.
— Да что тебе надо от меня, светлейший? — я перевела телефон в беззвучный режим и убрала его в карман.
— А что ты звук-то не выключишь? — поинтересовался Гас.
— Мама может позвонить. Она волнуется, когда я задерживаюсь, думает, что на таких вылазках меня могут убить, как отца.
— На таких? — Гас обвёл рукой крышу, лукаво смотря на меня.
— Говорю же — для спокойствия мамы.
Гас осматривает меня с ног до головы, словно пытаясь найти в моём образе хоть намёк на послушную дочь, затем протяжно хмыкает.
— Довольно, мы пойдём дальше или нет?
Гас коротко кивает, и мы отправляемся в путь.
Путь словно бы сам благоволил нам. Тёплый ветер ласкал кожу и ненадолго отвлекал от постоянной ноющей боли в мышцах, фонари не мигали — в отличие от той ночи, когда я встретила дочь Архимага, — местные жители словно сами поняли, что я на дозоре, и постарались не хулиганить. Время текло, как тёплое молоко в горло: медленно и приятно.
— Хм, — Гас игриво посмотрел на меня, — вообще-то я бы хотел взять реванш. А то сегодняшние гонки ты начала без согласования.
— О-о-о, — протянула я, тыкая его в бок, — а сможешь-то обогнать?
— Ну что ты, Одри, до конца дозора осталось не больше получаса. Давай, ты же так любишь бегать!
— Хм, ну если ты настаиваешь… — я сорвалась с места, не дожидаясь команды Гаса.
— Эй! Ты опять стартовала раньше времени! — Гас звонко засмеялся и бросился за мной.
Мои мышцы завыли от боли, и я закусила губу. Не сейчас. Отсидимся завтра на рабочем месте, а сейчас я должна доказать этому сосунку, что со мной гонки затевать не стоит.
Шифер крыш громыхал под моими ногами. В домах от шума зажигался свет, люди выглядывали в окна и молча наблюдали за неожиданной гонкой. Кто-то присвистывал, а кто-то кричал в форточку благим матом.
Крыша заканчивалась и начиналась другая. Гас решил свернуть через подъезд, я же набрала скорости и со всего размаху прыгнула с крыши. Ветер обдувал моё лицо, а кудри падали на глаза, однако это не помешало мне схватиться за край крыши и взобраться на неё. Когда я была на вершине, из чердака выглянул Гас и, показав мне язык, рванул дальше. Я побежала следом за ним. Крыша этого дома уже была гладкой и без шифера, поэтому можно было топать сколько угодно и не бояться разбудить жильцов. Я нагнала Гаса и ударила его в плечо, рука отозвалась ноющей болью, искра от которой придала мне сил.
— Одри, стой! — Гас приставил руку передо мной, заставив резко затормозить.
— Что тако… ках! — Когда адреналин от гонки уже не отвлекал от боли, моё тело разом послало сигналы бедствия изо всех уголков. Я согнулась пополам и присела на корточки. — Ай-яяй-яй-яй!
— Посмотри туда, — Гас указал вниз, и туда устремился мой взгляд.