— С чего это вдруг тебя это волнует? — эфир удивлённо поднял бровь.
— Вы сами показываете, смотрите, я богатый, а таких в нашем городе не любят. Наживёте себе проблем.
Аэрис шумно выдохнул и закатил глаза. Клянусь Призмой, я обожаю, когда он хмурится — это украшает его идеальное лицо и даёт ему какой-то живости.
— Я здесь ненадолго, и я не такой беспомощный, как ты думаешь, — Аэрис отвернулся от меня и прикоснулся к ручке двери. В машине мелькнула маленькая фигурка эфирки. Утончённая девушка в белоснежном платье и, к моему удивлению, в кроссовках. И это она-то хочет тут что-то исследовать?
Девушка выплыла из машины и остановилась напротив меня.
— Здравствуй, Одри, — Мирэль немного наклонила голову и сладко улыбнулась мне. От неё так и разит светом Полотна Денеи. Кажется, если она войдёт в тёмную комнату, то подсветит всё собой так, что даже лампочка не понадобится.
И вот что странно: резкой магической аурой разит только от её брата. На вид Мирэль совершенно обычная, если не брать в расчёт её манер, утончённости и тёплой улыбки, которая контрастирует с её угрюмым братом.
— Привет, — я махнула рукой. — Надолго ли?
— На месяц точно. Постараюсь больше вас не стеснять, спасибо, что согласилась помочь, — Мирэль заулыбалась ещё сильнее и прикрыла рот руками. Так она стала похожа на ребёнка, предвкушающего весёлое представление.
В животе защекотало, а рёбра сжались. Тело само издало непроизвольный смешок.
— Всё хорошо? — Мирэль убрала ладони ото рта и потянулась ко мне, от чего я отступила на шаг.
— Прекрасно, — резко выпалила я. — Прекрасно, — я перевела дух и осмотрела маленькую исследовательницу с головы до ног. — Я надеюсь, ты помнишь, о чём я говорила тебе при первой нашей встрече?
Мирэль поникла, видимо, ей и правда было грустно от представления о бедности своей семьи. Аэрис перевёл недовольный взгляд на меня и уже хотел что-то сказать, как Мирэль выдала:
— Да, я всё помню. Я покажу тебе текст диссертации перед тем, как её опубликовать, чтобы ты точно удостоверилась, что там нет ничего порочащего твоё имя.
Я усмехнулась. Какая же она милая и наивная. Что ж, посмотрим, надеюсь, в дальнейшем с ней не будет проблем.
Аэрис выдохнул и потянулся к багажнику, достал небольшую сумку. Мирэль снова нырнула в машину и вытащила из неё маленькую сумку с ноутбуком.
— Пройдёмте внутрь, — я поманила их за собой. Аэрис заблокировал двери машины и, взяв под руку Мирэль, направился за мной.
— Вот и вы, — мама ждала нас в проходе. Аэрис удивлённо поднял бровь, словно не ожидал, что здесь будет ещё кто-то.
— Это моя мама, — представила я её. — Мама, а это Мирэль и Аэрис.
— Здравствуйте, леди, — Мирэль наклонила голову, но мама спешно замахала руками.
— О, нет, не утруждайтесь, прошу вас. Можно просто Нинель.
— Хорошо, Нинель, — Мирэль смущённо улыбнулась.
— Очень приятно, — Аэрис слегка наклонил голову в знак уважения. — Где мы можем оставить вещи Мирэль?
— О, пойдёмте, я провожу вас, — мама отступила на пару шагов, пропуская Аэриса и Мирэль внутрь. Я развернулась от порога и пошла за ними. По выражению лица Аэриса было понятно, что ему совершенно не нравятся условия, в которых будет жить его золотая сестричка. Его губы были сомкнуты в тонкую линию, а глаза излучали разочарование. Зато Мирэль была в полном восторге.
— А как было сделано это фото? — Мирэль указала на фотографию отца и матери в молодости.
— На старый фотоаппарат. У нас такие делают по чертежам, которые были ещё до Призмы. Они могут работать и без магии.
— Да, и фотографии совсем другие. Не такие яркие, как у нас.
Мирэль перевела взгляд на маму.
— А сколько вам лет?
— Мирэль! — голос Аэриса звучал возмущённо. — Это невежливо!
— Ой, в этом нет ничего страшного, — отмахнулась мама, смущённо улыбнувшись. — Мне пятьдесят два года.
— О, так вы ровесница моей мамы! — Мирэль засияла ещё сильнее.
Сейчас мне казалось, что нашему дому можно прямо сейчас выключить свет и не платить за электричество всё то время, пока Мирэль у нас. Она выглядит как ходячая лампочка, и от её позитива аж глаза режет.
Мама довела её до нашей маленькой гостиной.
— Мы расстелили тебе диван со свежим постельным бельём, — сказала мама, когда Мирэль присела на него.
Диванчик немного просел под весом эфирки и жалобно скрипнул. Аэрис только хотел начать возмущаться, как я его опередила.
— Это лучшее место в доме. Тут спала мама, но согласилась уступить его твоей сестре.
— О, Нинель, вам правда не стоило так утруждаться! — Мирэль тут же подпрыгнула и подошла к маме. Хоть кого-то в этой семейке есть чувство уважения к старшим.
— Мирэль, не волнуйся. Месяц-другой я могу и на раскладушке поспать, мне не сложно, правда.
Мирэль печально улыбнулась маме, но спорить не стала.
— Что ж, я надеюсь, вы тут справитесь?
— Не волнуйся, Аэрис, — Мирэль явно была настроена решительно. — Я справлюсь! Всё будет отлично!
Аэрис улыбнулся и потрепал сестру по голове. Признаю, это выглядело мило.
Эфир повернулся ко мне, и его тёплое выражение лица быстро растаяло, как сливочное масло на горячей сковороде.
— Держи меня в курсе.
— Конечно.
— Я буду звонить.
— Я поняла.
— Если что-то случится, ты должна...
— Довольно, эфир, — я громко перебила Аэриса. — Твоей сестре почти двадцать лет, она взрослая девочка, кушать и в туалет ходить, надеюсь, умеет.
— Эй! — возмущённо пискнула Мирэль.
— Будешь её опекать, она так и будет всю жизнь всего бояться. Поэтому закрой ротик и поезжай обратно, пока с твоей машины не скрутили детали.
Аэрис выдохнул и подошёл к Мирэль.
— Я тебя люблю, — он крепко обнял сестру, словно бы они виделись в последний раз в жизни. — Будь осторожней, прошу.
— Всё будет хорошо, я справлюсь.
— Хих, — я тихо прыснула себе в кулак. Эфиры — такой смешной народец. Наверняка Аэрис уже нарисовал себе в голове страшные картины, как все злые бездыханные превратят его маленькую миленькую сестру в Золушку и заставят убирать за собой, как будут кормить её всякой гадостью, как со свету её сведут. Или как злые-злые горожане пустят её по рукам и будут громко хохотать, потешаясь над системой.
— Хи-хи-хи.
— Что смешного? — недовольно спросил Аэрис.
— Не волнуйся ты так, — я аккуратно смахнула слезу с уголка глаза. — Никто твою Мирэль не съест. Я прослежу.
Аэрис выдохнул и кивнул. Они с Мирэль вышли во двор, где Аэрис сел в машину и, посигналив пару раз на прощание, уехал.
— Как наседка с цыплёнком.
— И не говори, — тяжко произнесла Мирэль.
— Послушай, — Мирэль повернулась ко мне, ожидая вопроса. — Твой брат мне вкратце рассказал, что тебе нужно, но всё-таки будет проще, если мы согласуем это вместе, чтобы никто никому не мешал.
Мирэль кивнула.
— Для начала мне бы осмотреть город внимательней. В прошлый раз мы сделали это мельком, и этого мало для того, чтобы делать какие-то выводы.
Я усмехнулась. Она собирается делать выводы из кучки копоти? Ладно, это её дело. Главное, что мне платят за то, на что я согласилась, а не как в прошлый раз.
— Тогда подожди меня с работы, одной по городу лучше не ходить, если ты не местная.
— Конечно! — Мирэль улыбнулась своей сладенькой улыбкой. Будь она конфетой, у меня бы разболелись от неё зубы. — Я пока поболтаю с твоей мамой, уверена, ей тоже будет что рассказать.
Я развернулась, чтобы пойти на работу, но кое-что вспомнила.
— Кстати, эфирка, — я бросила это с лёгкой улыбкой, обернувшись. — Смени наряд. Здесь белые платья надевают только на похороны, а они тебе, надеюсь, не грозят.
Мама выглянула из кухни.
— А по-моему, красивое платье.
Мирэль кивнула в сторону мамы.
— Ей нравится.
Я закатила глаза.
— Нинель, я могу вас расспросить подробнее о вашей жизни?
Мама довольно кивнула.
— Конечно, Мирэль, всё, что захочешь.
— Ну, тогда как насчёт того, как лично вы оказались в Городе Бездыханных?
Мама загорелась ещё ярче, чем Мирэль до этого.
— Это долгая история. Пойдём, я заварю чай и расскажу тебе.
Мирэль и мама скрылись в кухне. Я посмотрела им вслед и пожала плечами. Наверное, они разберутся сами, а мне пора отправляться на работу.