– Одри! – Ко мне быстрым шагом вышагивал босс. – Рад снова видеть тебя в строю. Как здоровье?
– Ничего нового. Мисс Алевтина выписала мне новые обезболивающие, и в анализах ничего подозрительного не нашла.
– Что ж, хорошо, что ничего серьёзного. – Он повернул голову на поникшую Мирэль. – О, это моя подруга, Мирэль.
– Как это эфирка дружит с бездыханной?
Мирэль подняла голову и удивлённо выпучила глаза.
– Как вы догадались?
– А я эфиров узнаю по походке, – усмехнулся босс. – Так что ты тут делаешь?
Мирэль задумалась, как бы преподнести свою цель так, чтобы её в очередной раз не подняли на смех.
– Меня отправили от института проводить опрос населения, – выдала Мирэль.
– Да, только вот население не сильно хочет с ней общаться, – добавила я. – Считают вопросы странными.
– Неделя уже прошла, а у меня так и ни одного опрошенного.
Босс задумался и почесал затылок.
– А вопросы слишком сложные?
Мирэль загорелась и ухватилась за ниточку.
– О нет, просто о самочувствии и настроении, ничего более.
Босс хмыкнул.
– Ну, я вроде подхожу под категорию населения. Можешь опросить меня.
Мирэль аж подпрыгнула.
– Да! Я с радостью! Пойдёмте!
– Одри, иди на своё место. Мирэль подождёт тебя до конца дня.
Я кивнула и отправилась на рабочее место. Там тоже ничего не изменилось. Коллеги судачили об эфирах, о новом сериале, премьера которого назначена на вечер.
– Ой, Одри, как твоё здоровье? – Линси повернула на меня голову, сбавив свой бурный тон.
– Спасибо, Линси, всё хорошо, ничего серьёзного.
– Слушай, а это не твоя подруга коллег опрашивает?
Я удивлённо подняла бровь. Когда она успела-то?
– Босс предложил нескольким коллегам из разных цехов пройти опрос. Вот она бегает с ним, что-то записывает.
– Да, это Мирэль. Её отправили от института собирать опросы для какого-то исследования. Не бойтесь, ничего серьёзного.
– Ещё вопросы такие интересные, – послышался голос другой коллеги. – «Когда вы последний раз чувствовали симптомы синдрома роста?» Только гляньте: эфиры интересуются нашим здоровьем!
По залу раздался смех, а я выдохнула. У Мирэль появились первые опрошенные. Может, это на что-то её натолкнёт?
День на работе закончился, и, как и сказал босс, Мирэль ждала меня возле выхода.
– Одри! Вот ты где! – Мирэль спрыгнула с камня, на котором сидела, и подбежала ко мне. – Мне столько нужно тебе рассказать!
– Давай, опусти подробности о том, что ты опросила ещё пару коллег. Мне уже донесли.
– А. Ну, хорошо. Тогда поговорим о другом.
Мирэль достала свой блокнот и внимательно в него всмотрелась.
– После того как ты рассказала мне о синдроме роста, стало куда проще придумать вопросы. И получилось так, что у твоего босса и коллег-мужчин и женщин его возраста синдром роста в последний раз бушевал в двадцать лет и больше не проявлялся. А у коллег твоего возраста синдром роста перестал бушевать лишь недавно.
– Ну, это и так понятно. Он в этом возрасте и перестаёт бушевать.
– Подожди, это не самое важное. Если коллеги твоего возраста находятся рядом с эфирами, их синдром роста начинает возрастать с новой силой и ведёт себя странно. Рядом с ними тело перестаёт болеть, но стоит им удалиться – боль возрастает с новой силой и бушует несколько дней, после чего перестаёт.
– Хочешь сказать, это может быть как-то связано с даром?
– Да! Но чтобы окончательно в этом убедиться, мне нужен хоть один бездыханный с проявившимся даром, кроме меня. Так я докажу, что я не брежу и что это не просто запоздало проявившийся дар.
– А у тебя синдром роста был?
– Нет.
– Но как тогда он может быть связан с магией, если у тебя его не было?
– Вероятнее всего, я не чувствовала боль, потому что жила у эфиров. А их города наполнены магией сами по себе, она витает в воздухе и проникает в тело каждого жителя.
– Но когда мы встретились впервые в Городе Бездыханных, ты явно не выглядела как человек, которому очень больно.
– Да, мне и не было больно.
– Почему?
– Наверное, потому что тогда я уже неосознанно проявила дар, когда исцелила Аэриса. И он потихоньку стал вытекать.
– Ладно, с этим мы разобрались. Допустим, это всё так, но где мы найдём бездыханного с проявившимся даром?
– Это и есть самое сложное. Если и есть он в этом городе, вряд ли он выйдет.
– Ладно, пошли домой. Хватит с тебя на сегодня опытов.
До дома мы дошли в тишине. Мирэль не включалась в разговор за ужином и после него же сидела молча на диване, анализируя свои заметки.
Моё сердце обливалось кровью. Наш разговор с Мирэль о семье всё никак не выходил у меня из головы. Эта девочка так убивается ради признания. И даже моя помощь не слишком продвигает её вперёд. Я хочу помочь, очень хочу, но я боюсь, что сделаю только хуже. Нужно постараться хотя бы отвлечь её ненадолго.