- Можно, - махнув на них рукой, выдохнула Тау два. И уже более сурово добавила - Но дальше подоконника не пускать, помет и перья мне тут не нужны.
- Полар, открыть окно! – не став ждать, прикоснулся к стене Эллан.
Как только створки распахнулись, вместе с тремя совиксами в лазарет ворвался свежий ветер, что начал немедленно шевелить свисающее с кровати простыни, и заметать уличный снег внутрь помещения.
Все дети немедленно обосновались около подоконника, куда тут же перенеслись баталии за территорию. Подросшие совиксы умудрились толкаться даже там.
- Таши! – крикнул ей в самое ухо Никс, нежно прихватывая нос и уши черным клювом. – Как ты? Я скучал и волновался, Таши!
- Всё хорошо, малыш. – она еле оторвала совенка от уха. – Мы просто немного ушибли ногу. Но скоро снова сможем ходить.
- Ты стала редко заходить, Таши! – пожаловался ей Никс, боднув ее головой по щеке.
- Не переживай, когда начнутся полеты, вы будете видеться чаще. – Элл сам пытался отцепиться от Иглу, которая сама активно пыталась выбраться из его всклокоченных волос.
Никс весело пищал, ласкаясь об ее руки. Совенок так соскучатся, что ни на секунду не хотел даже отходить от хозяйки.
- Черный совикс исчез, представляешь Оак. – донесся до нее разговор здоровяка с его совиксом.
Оказывается, и Оак и Сугроб умели перешептываться. И это удивило девочку даже больше чем разговор об исчезновении черного совикса.
- Нокс передавала тебе привет! – весело пропищал Никс – Я звал ее с собой, но она сказала, что ни один подоконник ее не выдержит.
- Еще бы. – усмехнулась Таши. Продолжать разговор про размеры Нокс было опасно, можно было схлопотать еще один доклад.
- Привет, Диам! – еще веселее пискнул Никс, выпучивая глаза за плечо хозяйки.
Девочка тоже повернулась, наставник, что стоял около спинки кровати, смотрел на всё это так, точно его застали врасплох. Таким девочка видела мастера троек впервые. Он, точно повинуясь не собственной воле, медленно поднял вверх ладонь и приветственно помахал ею заверещавшему Никсу.
Таши ревниво загородила собой совенка. Она помнила, что эти двое дружат еще с прошлого воплощения Никса, и ее это немного пугало. Иногда, ей даже казалось, что наставник видел ее маленького совикса намного чаще чем она.
- Ладно, нам пора. – посмотрев в начавшее уже темнеть небо, просвистела Иглу и прыгнув, взяла крутой вираж в сторону совушни.
Следом за ней, полетели и Сугроб с Никсом. В полете, они неуклюже скопировали «наконечник», потом сбились, рассредоточились и неизвестной фигурой устремились к совушне.
- Еще научатся. – наблюдая за птицами с подоконника проговорил Элл, его растрепанные, медные волосы шевелили порывы ветра.
Через мгновение окно резко закрылось, почти хлопнув мальчика по лбу. Весь треугольник Омега тут же заоборачивался, на них с соседней кровати недобро смотрел Альфа три.
- Как продвигается доклад, Омега три? – напрямую спросил он Таши, хотя задание было общим.
Девочка замялась, ища взглядом учебник и недописанный план выступления.
- Когда вы не спрашиваете, намного лучше. – увидев ее замешательство, огрызнулся Элл.
- Омега один, как вы могли заметить, я обращался не к вам. – уточнил мастер троек. – Но если у вас есть время на то, чтобы отвечать за других, - могу дать вам дополнительное задание.
- Наставник, Омега один хотел сказать, что времени мало, а работы еще много. – вступилась за друга юная стражница, вклиниваясь между юношами. – Только и всего.
Насупившийся Элл пробормотал что-то наподобие извинения, и схватив первый попавшийся лист, начал в него так усердно вчитываться, словно там был нарисован подробный план всех передвижений Бета один на ближайший месяц.
Наконец, в три часа Тау принесли им обед. Шрим сегодня расстаралась на славу - овощной суп и ежики в сметане вмиг оживили загрустившего было под гнетом учебы Оака. А особенно радовало детей огромное ведро с ежевичным чаем и большое блюдо со сладким печеньем в форме елок.
Оба треугольника, что сейчас находились в лазарете, с большим аппетитом уплетали всю принесенную еду. Тау один и Эллан соревновались в поедании супа на скорость, что очень не нравилось понявшей как именно пачкаются простыни Джерде.
Удивительно, но наставник даже не отвлекся на вид принесенной еды, только нахмурился когда понял, что ученики как минимум на час снова оторвутся от учебы. Сам он все продолжал и продолжал изучать собственные заметки. В правом углу висела карта Межмирья, в которой девочка узнала свою собственную работу, а в левом теперь красовалась таблица с различными непонятными символами и расположенными напротив цифрами.