Т: Шаман, я бегаю от смерти уже больше трех тысяч лет. Поверь мне, шанс – всегда есть.
Мой ученик сжал губы так, что они стали похожи на натянутую струну. Он выглядел намного хуже дива, и судя по всему, очень хотел поскорее вернуться в недра родной и любимой библиотеки.
Но больше, в данный момент меня волновали совершенно другие вопросы.
Я: Ответь мне, Тангароа. Почему пал мир совиксов? Они же могли закрыть все порталы? Навсегда!
Дагон выдохнул и снова расправил жабры. В моей голове заиграла мелодия, далекая, точно звезды и грустная точно пасмурная ночь. Это было совсем недолго, буквально меньше минуты.
Т: Их погубила капля крови, Тишу. Всего одна. Но этого оказалось достаточно. О, ты бы видела, с какой легкостью она разорвала поставленную ценой жизни печать. И не нашлось жизни, что смогла бы поставить ее вновь.
Див приоткрыл рот, точно видел эту кровь прямо сейчас, перед собой. По гребню на спине прошла плавная волна.
Я: Как они смогли такое допустить? Они открывали порталы?
В этот момент, я подумала об Ильве и о том, что с ней стало. Со всем ее треугольником. Пепельно-серая, пышущая пеплом стена, точно живая, колыхнулась перед моим взором.
Т: О, да! Как я вижу, не только пернатые увлекались подобными экспериментами.
Дагон снова размял плечи и оскалил рот своей любимой акульей улыбкой.
Т: Да, стражам нужно остерегаться экспериментаторов. Они опасны для вашего дела.
Див, подобно изучающей свою жертву акуле, сделал несколько осторожных шагов на встречу. С каждой минутой, ему явно становилось все лучше и лучше.
Кажется, он начинал получать удовольствие от этого разговора.
Т: О, Тишу, твоя наставница, как это больно. Видеть, как тот, кто тебе так дорог, теряет память. И пытаться помочь, видя, что все безнадежно. Хотя… Нет, не надо об этом. Верно?
Он показал взглядом на Диама. Я почувствовала, как по моей щеке, прочертив вниз дорожку скользнула слеза. Все что было связано с той, что дала мне все свои знания, проносилось в моей голове диким, разрушительным ураганом.
Мой ученик, так сильно сжал свои руки, что они побелели. Я видела, что он избегает взгляда Дагона, видела, как хмурится его лицо. А когда я слегка тронула его за локоть, он снова вздрогнул.
Я: Прекрати, див. Мы спасли тебе жизнь. Я считаю, что это достаточная плата за то, что ты нам должен рассказать.
Он снова запрокинул голову назад, точно в приступе смеха. Впрочем, что-то похожее на шелестящие смешки я действительно услышала в своем разуме.
Я зажмурила глаза, чтобы окончательно выдавить из себя скопившуюся на веках влагу.
Т: Нет, стражница, мы с тобой договаривались совершенно о другом.
Моей щеки что-то аккуратно коснулось, от чего я и распахнула глаза. Острый, точно серп коготь поймал мою последнюю слезу на самый свой кончик. Див оскалил рот, поднес здоровую руку к зубам и кончиком языка слизал соленую каплю. После чего, блаженно сощурился.
Т: О, вкус твоего горя, не менее сладок, чем вкус страха.
Я хотела ударить потоком холода, в чешуйчатое, чрезмерно наглое, зубастое лицо своего ученика…
Но, неожиданно, Дагон резким движением повернул свою голову направо. Он застыл, точно прислушиваясь к звуку шагов, которых не звучало.
И не могло звучать. Совиксы, когда надо умели ходить совершенно бесшумно. Из-за края заводи, что была скрыта лесом, по льду, медленно переставляя огромные, серые, мохнатые лапы, подобно самой полярной ночи, шла Нокс.
Хлопанье огромных крыльев, было бы слышно за сотню шагов, так что, судя по всему огромный, черный совикс Диама, либо пришла сюда пешком, либо уже давно наблюдала за нами из-за деревьев.
Стоявшие вокруг нас дивы воинственно подняли гребни. Но, я заметила, как двое из них, удивленно переглянулись между собой. Но буквально через секунду, они все устремили взгляд на своего предводителя.
Т: В ВОДУ!
Дивы снова, в едином порыве, прыжком оказались около полыньи. Через миг их уже не было.
Диам стоял и наблюдал за каждым шагом своей боевой, пернатой подруги. Уголки его рта на мгновение приподнялись, а лицо ожило. Казалось, он был безумно рад Нокс и одновременно немало озадачен ее появлением.
Д: Нокс? Но как? Зачем?
Вот только, ее оранжевый, полный живого огня взор, был сейчас устремлен совершенно не на хозяина. Она даже не откликнулась на свое имя. Все ее внимание было устремлено на дива. К которому она направлялась.
Тангароа, слегка расставил перепончатые руки в стороны и заточено улыбнувшись, развернулся к совиксу.