До самых комнат они дошли, не говоря друг другу ни слова.
Глава 161. Зов для треугольника
«Таш! Таш! Зов!»
Нараспев, с диким восторгом и тихой тревогой, говорил знакомый голос в ее голове, шумом водопада протекая сквозь непролазную пелену сна.
Таши, проснулась, раскрыла глаза, и сразу села на подсвечиваемую несколькими огоньками кровать. Покрывало было смято, подушка словно пухлый обездвиженный зверек, валялась на полу. А судя по бриджам и рубашке, было понятно, что она просто упала на кровать и мгновенно уснула. Как и хотела с самого начала.
«ТАШ! Зов!»
«ИДИ КО МНЕ!»
Снова ударило по сознанию, точно двойным молотом, и девочка будто ужаленная, кинулась к двери. Сон, как рукой сняло от осознания того, что могло сейчас произойти. По рукам и ногам прошлись борозды неожиданной, трещащей боли.
Она выбежала из своей комнаты и зайцем бросилась к двери Эллана, на бегу пробуждая холодный поток в своих пальцах.
Мороз уже тек по жилам, перебирая кристалликами по коже. Она уже стояла около двери с надписью Омега один. Пущенный поток холода, приморозил створку к косяку и тонкие ниточки-паутинки, уже вовсю сращивали щель между косяком и дверью.
С другой стороны, нечто тяжелое и мощное сильно ударило по двери. А скорее всего, врезалось в нее всем весом.
Таши немного отбросило назад, и этого хватило, чтобы до черточки знакомая рука высунулась из-за прохода и вцепилась в смежную с косяком стену. Впившись в лед, она плавно проехалась, оставляя борозды под душераздирающий скрип когтей.
Когтей, которые точно зубцы серебристой короны венчали каждый палец на руке ее друга. А оттуда, откуда высунулась обезображенная этой звериной чертой ладонь, неслось неистовое рычание и еще что-то очень напоминающие стоны умирающего.
«ИДИ КО МНЕ!»
Она снова подскочила ко входу в комнату Элла и попыталась прижать ее своим телом. Но то, что рвалось с той стороны, было во много раз сильнее чем слабая, даже еще не взрослая девочка.
- Оак! – скорее для порядка и по привычке, с надрывом позвала она друга. – Оак, я одна его не удержу! Пожалуйста, здоровяк!
Щель, из которой рвалась поблескивающая чешуей рука, ширилась, словно трещина во льду. Элл, рвался точно бешеный лис, посаженный на цепь. А она изо всех сил, пыталась держать дверь морозом и собственным весом – всем, что у нее сейчас было. Она уперлась ногами в лед, чтобы хоть как-то помочь себе сдерживать друга.
«ИДИ КО МНЕ!»
Она тихо застонала, точно маленький обиженный на всех щенок, но со всем своим упорством продолжала удерживать Эллана за дверью.
Но от такого напора, ее силы таяли словно снег на весеннем солнце. Она ощущала, что еще минуту и просто упадет.
Вдруг она услышала, как открылась соседняя дверь. На ее пороге, выпрямив спину и расправив уже далеко не мальчишеские плечи, стоял Оак. Мальчик, а точнее юноша, был настроен очень решительно. Руки были сжаты в два кулака, а глаза пылали оранжевыми искрами.
- Выпусти его! – прогремел он басом, подбородком указывая на рвущегося из собственной комнаты Элла.
Крикнуть, а тем более возразить, он не успела, новый толчок почти заставил ее отойти на два шага, почти сорвав дверь с петель.
Кубарем перекатившись через голову, из комнаты вывалился слегка растерянный Элл. Точнее, назвать это Эллом было трудно. Плавники на руках и ногах были встопорщены, и Таши наконец поняла, откуда взялась та внезапная боль.
Мальчик смотрел на друзей с поистине звериной ненавистью, точно они были врагами, что загнали его в угол. Точно ему в любой момент могли вцепиться в глотку. Он наклонил голову, прижимая подбородок к шее и остро, по акульи оскалил зубы.
Таши, от испуга отступила назад и заметила, как в довольстве сверкнули зеленью глаза Эллана. Он слегка подогнул колени, его тело напряглось, казалось, что он хотел прыгнуть. Но на его пути неожиданно оказался Оак. Он словно внезапно выросшая гора встал между товарищами и схватив того чуть ниже воротника рубашки, молча, с легкостью оторвал от пола.
- Послушай меня, Элл, если тебе так надо идти в Межмирье, то мы идем вместе. Слышишь? – он слегка тряхнул рукой и глаза Эллана снова стали обычными. – Я иду с тобой. Заяц, ты с нами?
Не отпуская своей ноши, Оак повернулся к Таши, при этом смотря на нее не то вопросительно, не то утвердительно.
Таши кивнула почти не раздумывая, между ключиц, как раз там, где один ее друг держал второго, начало немного саднить, и она по привычке коснулась того места.