Три руки стражей соединяются, образуя трехгранную чашу, и она чувствует чужую, липкую влагу на собственной кожи.
- Если такое повторится, – вкрадчивым басом произносит лысый юноша, не отводя глаз от соединенных рук. – Мы должны собраться снова.
- И снова сотворить мыслимое и немыслимое, чтобы подобное не свершилось опять. – добавил первый юноша, переводя прищур на нее.
- И снова дать клятву, - добавила она, все еще держа кровоточащую ладонь. – Для того, чтобы удержать Межмирье. И спасти весь остальной мир.
Кровь, что просочилась между их ладонями, несколькими брусничными каплями упала на освещенный древом снег. Как раз туда где покоился один из корней древесного гиганта.
Видение улетучилось также быстро, как и появилось. Вот девочка стояла около огромного древа с еще двумя юношами, а вот она лежала на кровати вместе со своими друзьями. И…
И они смотрели на нее не менее удивленно, чем она на них.
Глава 171. Стражи вернулись
- Что это было? – тихо, словно боясь быть услышанным спросил Эллан, выпучивая глаза то на Оака, то на Таши.
- Не знаю. – недоверчиво ответил Оак, и опустил глаза в простыни.
- Но она была точь-в-точь как ты. – Элл окинул подругу оценивающим взором. – Только взрослее. И с косичкой.
Таши прочитала во взглядах мальчишек волнение за собственное, судя по всему, резко поменявшее цвет лицо.
- А парни как вы. И похоже, мы знаем друг друга еще с прошлого раза.
- Похоже. – мрачно ответил Оак, смотря на стену с проходами, которая оставалась все такой же гладкой.
Снова повисла тишина, волнение и тревога почти ощутимо висели в дрожащем кристалликами льда воздухе. И даже совместное видение не смогло оказать этой тревоге значительного сопротивления.
- Вернутся. – непонятно кому и чему, точно ответил, а может и наоборот спросил Эллан
- А если нет? – стараясь ни на кого не смотреть, тихо спросил Оак. – Я даже не знаю.
Мальчик быстро и так резко прижал ладони к лицу, что щеки девочки мгновенно отозвались легкой болью удара.
Таши обняла подрагивающего здоровяка, и ясно почувствовала, как у нее на груди низкой трелью завибрировал острыми краями осколок.
Спустя миг она уже сидела на кровати, и вытащив маленький, ледяной, неровный кусок зеркала наружу, дотошно вглядывалась в его недра. Но кроме отражения собственных, золотых искорок глаз, ничего не видела.
Осколок, точно привлекая внимание, завибрировал снова и куда сильнее чем обычно. Но уже через секунду, снова лежал безделушкой.
Девочка плотно сжала его в ладони, боясь упустить новые вибрации. Но их не было.
Она смотрела на него точно на святыню, боясь и одновременно жаждя увидеть хотя бы один признак того, что вторая его половинка еще чувствует чье-то живое, бьющееся сердце.
Мальчишки переместились поближе к ней, и тоже начали следить за кусочком зеркала так, словно от этого зависели жизни тех, кто сейчас бился там на просторах Межмирья.
- Ну нет, Диам, уж кто-кто, а ты должен выжить. – с несогласием в голосе проговорил Эллан, обращаясь к осколку так, словно он был живым.
Таши подняла голову на полулежащего Эллана, пытаясь найти в сказанном им предложении слово «Упырь», хотя бы между строк.
- Таш, я все понимаю, Никс и все такое, - почти с вызовом произнес мальчик, ногтем проводя по углам осколка. – Но дела говорят совершенно об обратном.
Девочка очень хотела открыть рот и удивиться тому, что они с другом так резко, почти в одночасье поменялись ролями. Вот только не успела даже разомкнуть губ.
- Летят. – однозначно, с невообразимым волнением в голосе произнес Оак, показывая пальцем на окно.
Эллан одним быстрым движением оказался около стекла, и начал что-то нашептывать. Только через несколько секунд девочка расслышала, что мальчик произносил цифры.
- Всего двадцать три. – произнес он, его дыхание сбилось точно при беге, он судорожно всматривался в темноту полярной ночи. – Двадцать три совикса из шестидесяти девяти.
Дети уже все прислонились к прозрачной льдинке окошка. Таши пыталась сосчитать темные, похожие на написанные кем-то непонятные слова, черточки совиксов. Они постоянно перемещались, меняя порядок, от чего девочка сбивалась.
Но уже через пять секунд, Таши была точно уверена, что совиксов всего двадцать три. Не больше и хорошо, что не меньше. Они сплошной вереницей влетели в проем крыши совушни.