Таши опустила голову и наткнулась на плавающий в красноватой воде небольшой цветок. Он плавал на самой поверхности, маленькой ссохшейся мушкой. Синий цвет уже давно превратился в бордово-красный, но он все еще немыслимым образом не упал на дно, а держался на поверхности.
Таши вспомнила про Никса и его отравление. Что он ей пытался сказать? Тогда в последние минуты перед развоплощением?
К сожалению, вопросов было больше чем ответов. Точнее ответ был только один. И он заключался в том, что на озеро, когда надежды треугольника Омега на спасение утонули в черной, непрозрачной глубине, им на помощь явился именно тот, кого она в этот день возненавидела.
Она смущенно поджала губы и собрав в сжавших посуду пальцах все мужество, почти уверенно зашагала в сторону пристроившегося на короткий отдых наставника.
Казалось, что уставший мастер троек не замечал ничего, что происходило вокруг, и даже приблизившуюся ученицу его небесно-голубые глаза видеть отказывались.
- Мастер, я… - она протянула вильнувшую паровым хвостиком кружку вздрогнувшему от ее звонкого голоса Альфа три. – Вот.
В его недоверчиво сощуренных глазах, приоткрытых тонких губах и даже в слегка раздутых ноздрях отчаянно вопило изумление.
Он вопросительно, и совсем не так надменно как обычно, приподнял правую бровь, точно уточняя у ученицы, а не перепутала ли она его с кем-то другим.
Она сделала еще один, крошечный шажок в сторону того, кого еще меньше суток назад готова была раздавить собственной ненавистью. А сейчас…
Тонкие, похожие на заживо замороженные ветки дерева пальцы обхватили посуду с другой стороны. Мастер троек с благодарностью кивнул и принял последний оставшийся в лазарете чай.
- Спасибо… - он явно хотел сказать что-то еще, но стена с проходами зарябила и из нее, дробно меряя шагами пол, вышла взволнованная, раскрасневшаяся не то от гнева, не от тревоги Ная.
Ничем не интересуюсь и ни на кого не обращая внимания, она сразу направилась к кровати Гамма, а точнее к тому месту где сейчас находились наставник и повернувшая голову к вошедшей Таши. Воздух рядом с первой красавицей Полара буквально искрился от исходившего от нее негодования.
- Диам Привратник, - остановившись обратилась она к мастеру троек, лицо которого подозрительно искривилось от такого наглого и прямого обращения. – Потрудитесь объяснить, где вы были?
Мастер троек откинулся спиной на стену, и громко, глубоко вздохнул, даже не глядя на собеседницу.
- Там же где и все, на поле битвы.
Ная, точно кипящий на огне чайник, со свистом набрала в грудь воздуха.
- Нет, я сейчас не про это. Аглир во время битвы полетел вас искать. Больше ни я, да и никто из других стражей его не видел. Что вы с ним сделали, Диам Привратник?
Наставник, точно проверяя наличие упоминаемого человека, медленно обвёл взглядом лазарет.
- На озере я его не видел.
Таши показалось, что на последней фразе наставника Ная вздрогнула. Это было почти незаметно, как будто бы красавица неожиданно услышала какой-то странный и непонятный звук.
- То есть, когда все стражи сражались около открывшихся порталов, жертвуя жизнями, вы прохлаждались на озере? – девушка сказала эту фразу так громко, что все, кто был в лазарете резко повернулись к ним. – Потрудитесь объяснить!
Мастер троек наконец поднял на нее презрительный взгляд. Словно на мелкую, но очень кусачую и надоедливую тварь. С его впустивших на вдохе воздух губ, не слетело ни слова.
- Потрудитесь объяснить! Где мой тройка? Где были вы?
Глава 174. Перед судом
На кроватях недовольно зашевелились и застонали только уснувшие и успокоившиеся раненые и покалеченные в битве стражи. Многие начали переглядываться, послышались слабые, но отчетливые шепотки.
- Я был на озере! – вкрадчиво, но уже с нотками пробуждающейся ярости ответил Альфа три.
- Дура! – послышался негромкий, но очень четкий ответ Джерды, которую, как и всех разбудили заявления Наи. – Если не веришь ему, то сходи, посмотри сама, как дивы визжат над трупами своих собратьев.
Таши повернулась в ту сторону, рыжая девушка, закусывая нижнюю губу, с бешенством взирала на пришедшую Бета один, при этом всеми силами пытаясь приподнять непослушное тело на локоть.
- И подпевал своих не забудь! – Джерда сдула со лба огненную прядку. – Чтобы нам не пришлось убирать их трупы, когда тебя разорвут на потроха.