Стражи, что еще миг назад были готовы броситься на покусившуюся на жизнь мастера девушку, застыли на тех местах, на которых находились. Сирх, что сгруппировался для очередного прыжка, Бирн, что стоял с поднятыми в боевом жесте кулаками, Таши, что раскрыла пальцы, в попытке создать боевую снежинку.
В зале повисла многоголосая, абсолютная тишина. Слышался только едва заметный, перестук сердец.
Теперь их взгляды были направлены на точно выбеленную снегом, обнажившуюся спину того, кого они называли Альфа три. Туда, где под разорванной тканью, между левой очерчено острой лопаткой и позвоночником, пульсировало черное, похожее на неровный сгусток дыма пятно.
Оно билось под прозрачно-бледной кожей, подобием сердца. И каждую секунду, с каждым ударом, точно пыталось вылезти наружу и одновременно цеплялось за тело своими многочисленными, темными отростками-завитками.
Таши вспомнила, как уже видела подобное клеймо в обсерватории, когда к ней явился лев. Лев что вещал ей про метку предателя. Метку тления. Она словно опять слышала его голос в своей голове. Бесконечное, сотрясающее пространство рычание, того кто создал стражей. Голова начала раскалываться, хотелось убежать и забиться в самый темный и тихий угол, который только возможно найти.
Но она так и остановилась, не в силах даже оторваться от перекатывающего черные сгустки пятна, что темным шрамом тлело на жилистой спине Альфа три. Мастер троек был все также недвижен, точно израненный, затравленный на охоте зверь, которому уже было без разницы, что с ним сделают. И это было страшнее пятна, страшнее тления, страшнее всего, что она могла представить…
Глава 180. Беги!
Он повернулся к стоявшей в трех шагах ученице, и на миг, точно в несказанной просьбе прикрыл глаза. Когда они открылись вновь, Таши даже открыла рот. Холод убрался полностью. Теперь, из глубины души того, кого она в этой жизни называла наставником, на нее смотрела небесная, безграничная высота.
- У меня не было выбора. – еле заметно шевельнулись губы, обращаясь не к тринадцатилетней девочке, а к той, что покинула его, очень и очень давно.
К той, из-за которой он не побоялся открыть портал. Не побоялся нарушить свою клятву. Не побоялся самого тления.
Стражи все еще стояли, не зна, что им делать и что думать. Взгляды юношей постоянно перемещались, то на Наю, то на товарищей, то на кого-либо из Альфа.
Девочка, в надежде найти хоть какую-то поддержку, посмотрела на стол старшего треугольника. Два места из трех за ним были пусты, потому что Альфа один и Альфа два уже стояли рядом с товарищем.
Внимание девочки на миг привлекла странная реакция Бета два. При том, его поведение не было ответом на сложившуюся ситуацию. Совсем наоборот. Темноволосый мастер двоек, как ни в чем не бывало, с большим интересом смотрел на заднюю стену зала. Точнее за нее. Его смывшее всю свою былую смуглость лицо на миг озарила добрая и приветственная улыбка. Мягкая и почти расслабленная. Вот только спустя миг, от радости не осталось даже тени. Она сменилась диким, нарастающим с каждой секундой ужасом, что, судя по дергавшимся губам грозил перейти в панику. Таши заметила, как его рот начал что-то тихо, безостановочно шептать. Словно страж с кем-то говорил. С кем-то кто был виден только ему.
Первой от всеобщего оцепенения очнулась Ная.
- Боюсь, что наш многоуважаемый Альфа три, - произнесла она так тихо, словно хотела сохранить это в тайне. – Не смог обуздать своего любопытства и пошел по пути Черноклейменных. И, как и тогда, клейменный тлением, снова перетянул на свою сторону лучших стражей Полара.
Вперед, прямо к говорившей девушке, вышел пораженный Альфа один.
- Ная, - остановившись в полушаге от возлюбленной произнес он. – Ты что такое говоришь, милая? Он бы никогда…
Она сделала большой шаг назад предостерегающе выставила перед собой руки.
- Улики говорят громче слов, Альфа один.
После этих слов снова наступила тишина. Все присутствующие боялись даже лишний раз вздохнуть.
Позвоночник, руки и икры прожгла волна горячей, саднящей точно тысячи ран, боли. Таши мельком взглянула на собственные кисти, которые были абсолютно чисты.
Ей не понадобилось и секунды, чтобы понять, что произошло. Быстро развернувшись к стоявшему около стола Эллу, она поймала его взгляд. Дикий, бешенный. Дивий.
Он с мольбой смотрел на подругу, и с каждой секундой чешуи на его теле становилось все больше и больше. Таши чувствовала, как она, разрывая кожу, пробивается сквозь волокна, точно трава из земли.
Резкое движение огромной ладони сидящего рядом Оака, заставило мальчика чуть ли не упасть на стул.