Он поджал нижнюю губу и оглядел всех Омега.
- Вы тоже можете не вернуться. Наш враг очень хитер и опасен. И он воплощение самого тления. Я никогда не слышал и не видел такой силы. И если погибнет мой тройка…
- Погибнем и мы. – горько добавил Бирн, опустив голову.
- При том все и сразу. – нервно улыбнувшись добавил Элл.
- Возможно, это будет самое важное сражение за всю историю Полара. – продолжил Сирх, - И я очень горд, что вы будите биться со мной плечом к плечу.
Выше послышалось гордое, громкое уханье. Там выбравшись со своих насестов, на помостах сидели три совсем еще юных, но уже достаточно крупных совикса.
Гигант для своего возраста – дымчатый Сугроб, бело-серебристая, похожая на гигантскую кошку Иглу, и горделивый, снежно-белый Никс.
- Крылом к крылу, Сирхан. – ободряюще сказал белый совикс, и что-то скрипя, важно кивнул своим товарищам. – Распределяйте, кто с кем летит, я выдержу двоих.
Ей очень хотелось броситься к Никсу, рассказать как она за него волновалась, зарыться носом в белые перья. Но время...
Сирх еще раз оглядел каждого по очереди и всех вместе.
- Битва ждет.
Послышался короткий всхлип.
- Я принесу седла. – не своим голосом сказал Оак и пряча глаза направился к одной из коморок.
- И очки не забудь. – точно также, как и ученик, добавил Бирн и огромными шагами двинулся к ближайшей лестнице.
Уже через две минуты Альфа один проворно пристегивал принесенное Оаком, продолговатое седло из серой кожи, с высокой задней лукой. Никс, на котором было решено лететь младшей тройке и старшему единице, покорно расправив крылья, давал себя оседлать.
Таши внимательно осмотрела седло, на котором вместо передней луки, находились подобия ручек. Это создавало возможность стражу в полете держаться не за перья совикса, а именно за эти ручки. Упряжи, совиксы не признавали, предпочитая ориентироваться на свой острейший слух и команды наездников.
Крепилось седло на груди, проходя как сверху, так и снизу оснований птичьих крыльев, переходя на грудь уже одной сплошной стяжкой.
Омикрон, обнявшись на прощание с мастерами, и пожелав удачи, улетели в облет.
С других насестов, где в полет собирали Сугроба и Иглу, тоже слышались похрустывания кожи, звон застежек, препирания стражей.
И вот, когда все ремни и подпруги были надежно застегнуты, проверены и перепроверены, Никс был готов к полету.
Девочка взяла отложенные, сплошные очки и надев их на лицо, плотно затянула кожаные перевязи. Мир тут же погрузился в холодный синий цвет.
Большой, снежно-белый совикс осторожно присел, давая возможность старшему стражу влезть к себе на спину.
Сразу после этого, немного помявшись на месте, туда же, с помощью все того же Сирха залезла и Таши. Перекинув ногу, она уселась позади старшего единицы и поправив съехавшие очки, прижалась к спине юноши и крепко сцепила руки спереди.
Опора в виде огромного совикса казалась достаточно шаткой и ненадежной. Но Таши знала, что это не так.
- Держись крепче! – повернувшись к ней, крикнул Сирх. – И не расцепляй руки. Ни в коем случае!
- Хорошо. – откликнулась девочка и увидела, как из самого центра, разбивая крыльями воздух, шла на взлет серебряная молния по имени Иглу. На которой, точно рыжая искра, пламенем горели волосы Эллана.
Точнее, Таши знала, что они рыжие. В летных очках почти все казалось одноцветным.
Старшие стражи рассудили, что легкая и маневренная Иглу, будет намного эффективнее с одним наездником. По разработанному им плану, Эллану нужно было лететь чуть впереди, и в случае чего докладывать об опасности остальным.
Дальше вылетали они, а следом за ними должны были следовать тяжелые Сугроб с двумя наездниками – Бирном и Оаком.
- На взлете будет трясти. – предупредил ее Сирх, слегка поворачивая голову. – Хотя, ты это и так знаешь.
Она кивнула, слишком поздно сообразив, что мастер единиц этого не видит.
- Никс – набор высоты. – снова развернувшись к белой, похожей на снежный холм голове совикса, скомандовал старший страж.
Совикс сделал шаг и резким движением мощных лап спрыгнул с помоста.
Огромные крылья, что до этого были плотно прижаты к телу, поднялись и начали мерно ударяться об воздух точно два огромных паруса.
Воздух ударом хлыста прорезал свистящий скрип. Никс возвещал о своем возвращении и новом полете всех, кто мог его услышать.
Они рывками поднимались вверх, сквозь ряды совушни устремляясь в открытое пространство, что было на самой куполообразной крышей. Трясло не часто, но сильно.