Таши напрягла память, вспоминая как еще будучи совсем птенцом, Никса напугал некий страж, совикс которого не давал покоя всем трем младшим совятам.
- Все хорошо. – обнимая большую пушистую голову, успокаивающе произнесла девочка. – Я в полном порядке.
Юная стражница уткнулась в белые, обильно облепленные снегом перья и сквозь них посмотрела на стоявшего неподалеку, и наблюдающего за всем этим мастера троек.
- Таши, - совикс поднял голову, и его жёлтые глаза посмотрели в упор на девочку. – Я понимаю, что ты очень меня любишь. И что ты очень переволновалась, когда меня отравили. Но позволь мне поговорить с моим другом, хотя бы одну минуту. А потом…
- А потом, можете общаться сколько угодно. – девочка на шаг отошла от его белой головы. – Альфа три, - позвала она вздрогнувшего от своего позывного наставника.
Тот, словно это он был нерадивым учеником, нерешительно приблизился к своей бывшей наставнице, которая, точно подбадривая, указала ему на Никса.
- Старый друг. – ласково произнес Никс, прижимаясь клювом ко лбу Альфа три. – Я боялся, что не увижу тебя.
Мастер троек прикрыл глаза и с едва слышным шипением приподняв руку, почесал подбородок огромной птицы.
- Никс. – шепотом произнес он куда-то в белые перья. – Это был не я. Ты же должен это знать...
- Я знаю. – точно делясь секретом, шепнул в ответ белый совикс. – Мне не нужно ничего объяснять.
Отвернувшись от лица птицы, Альфа три, снова приобретая серьезность и жёсткость, обратил свое внимание на ученицу.
- Оме… - запнулся он, глядя на нее сверху вниз. – То есть теперь уже Пси… Я хотел сказать…
- Ее зовут Таши. – услужливо подсказал Никс и добавил. – В этой жизни.
- Спасибо, я учту. – коротко проворчал в ответ мастер троек с негодованием взглянув в сторону ухнувшего от смеха совикса и снова поворачиваясь к ученице. – Таши, я не травил вашего… То есть твоего совикса. И у меня есть множество доказательств этому факту.
Девочка, смотрела на своего наставника, и даже не понимала, как он мог еще десять дней назад казаться ей самым грозным и жестоким среди всех остальных стражей.
- Мне они не нужны. – с улыбкой, осторожно ответила она, вспоминая кто именно вчера дежурил по совушне. – Я сама в состоянии понять, что вы в этом не замешаны. То есть, должна была быть в состоянии понять… - промямлила она, увидев, как другие стражи уже распределились по совиксам, и понимая, что из старших остался только один Альфа три. - В общем, я хочу, чтобы вы полетели на Никсе. Вместе со мной.
Мастер троек тяжело выдохнул, слегка нахмурил брови и не говоря ни слова, начал проверять подпруги на груди услужливо расправившего крылья Никса. Таши наблюдала, как он перестегивал ремни, проверял их натяжение и осматривал седло. Как всегда, с щепетильной аккуратностью и тщательностью.
- Как в старые добрые времена, друг? – спросил Никс, поворачивая голову назад, к переседлывающему его стражу. – Только теперь ведущий ты?
- Похоже, что так. – затягивая подпруги, произнес наставник, и на секунду остановившись, чтобы собраться с силами, тяжело перекинул ногу через спину совикса.
Пока Таши завязывала на затылке синие очки, с земли, со свистом и скрипом поторапливая отстающих, уже поднялись в небо две другие птицы.
Бросив последний взгляд на лежавших рядом, мертвых Бета, Таши ухватилась за высокую заднюю луку и неуклюже села позади. Держаться за само седло в таком положении не представлялось возможным, поэтому юная стражница обвила руками пояс наставника. Она заметила, как он уже привычно дернулся от ее прикосновения. И тут же сама, точно ожегшись убрала руку.
От тела Альфа три шло тепло. То тепло, что она помнила еще с прошлой жизни. Такой далекой, яркой, но почти забытой.
Она поймала на себе его взгляд. Мышцы на худом лице старшего стража точно пытались выразить какое-то чувство, но никак не могли правильно сложиться в него.
Альфа три, Ужас Полара, уже давно знал обо всем. Обо всем том, что только начало доходить до нее.
- С первого дня? – спросила девочка, удивляясь тому, как она могла не догадаться об этом раньше. Тишу припала к ее глазам, ловя малейшую эмоцию в чертах своего ученика.
Девочка вспомнила, как каждый раз, когда наставнику приходилось касаться ее, он тут же, почти с ужасом убирал руки.
Альфа три, точно что-то вспоминая или о чем-то задумавшись слегка поджал губы и провел рукой по одному из торчавших белых перьев Никса.