Ледяные поверхности начали обрастать плотно стоящими стволами деревьев – высокими, массивными, синими, точно в небесном лесу.
Между ними, то тут то там мелькали отдельные части каких-то животных. То из-за одного, то из-за другого ствола выглядывали то лапы, то любопытный, очерченный белым, вытянутый нос.
Альфа три, остановился, и с интересом начал разглядывать происходящие по воле Полара действия. Все остальные, встали рядом с ним.
На потолок прибывали и прибывали новые, разноцветные огоньки.
Из-за ближайшего к девочке дерева, смешно выкатилась лисица, подняла мордочку и отряхнула с торчавших ушек налипший снег.
Из-за другого, стоявшего за снежной кочкой дерева, выскочила еще одна, более светлая и низкая. Она заметила первую, игриво вскинула морду, дернула пушистым хвостом и с разбегу прыгнула на подругу. Звери покатились, смешно потрепывая друг друга за подставленные загривки. Кисточки белых хвостов, то и дело мелькали в неразрывном, играющем клубке.
Неподалеку, из-за самого большого дерева вышел еще один лис. Чуть больше и белее двух предыдущих. Он медленно, точно не желая спугнуть катающихся по снегу собратьев, подошел к ним и стал наблюдать.
Через секунду, обе непоседливые лисички уже бежали к новоприбывшему зверю и нежно ласкались об него мордами. Особенно, свою привязанность проявляла та, что появилась второй. Лис тоже явно был очень рад видеть своих друзей.
Неожиданно, над всеми тремя зверями, точно звезды на темнеющем небосклоне, зажглись три лучистых, желтых огонька. Особенно ярок был тот, что горел над самым большим лисом.
Странный свет, ударил ей в глаза откуда-то слева и Таши перевела взгляд туда, а потом наверх. Там, где от угла до угла расположились мириады крошечных, мерцающих звезд. Звезд, что принадлежали погибшим стражам.
Лисы, тем временем, сами, точно завороженные смотрели на зажегшиеся над ними светила. Тот зверь, что появился первым, даже попытался подпрыгнуть и ударить огонек лапой.
Звездочки мигнули, и лисы, задрав вверх мордочки принюхались к ним, точно к любимому лакомству.
Вдруг, тот, что появился последним, точно поняв, что пытались донести до него огоньки, поднялся на все лапы, и крутанув пушистым хвостом из стороны в сторону, побежал по стене дальше. Двое его собратьев немедля понеслись за ним.
Огоньки снова мигнув, полетели следом.
Стражи, все как один, немного мешая друг другу, устремились за ними.
А трое пушистых зверей, быстро перебирая лапами, точно играя с людьми в догонялки, все мчались и мчались дальше. Постепенно, их подошвы все больше и больше отрывались от снега и лисы бежали уже не по земле. Теперь их опорой стал воздух.
Неудержимо спеша под самый потолок, лисички уводили за собой три желтых огонька. И чем больше они приближались к другим потолочным светильникам, тем размытее становились их пушистые силуэты.
Сердце Таши замерло, и отсчитав три удара, забилось точно птица в клетке. Желтые светлячки, став совсем яркими, точно капли воды втекли в бесконечную, звёздную реку огней Полара. Лисы же, на прощание махнув стражам хвостами, исчезли с синих стен обители совсем.
Проход на секунду озарился таким светом, что девочка зажмурила глаза. Абсолютно каждая звезда, приветствовала новоприбывших в свои многочисленные, прекрасные ряды.
- Мы стражи, - послышался тихий, хриплый голос мастера троек слова написанной на двери клятвы. – И после смерти останемся ими.
- Навечно в холоде! – в ответ ему, проговорил Сирх, поднимая опущенную до этого голову.
- Навечно втроем! – Бирн обнял стоявших рядом друзей за плечи.
- Навечно в страже! – добавил последнюю фразу Альфа три и сам, очень неуклюже обнял товарищей.
Сияющий поток звезд, искрясь, подобно горной реке унесся по проходу дальше, оставив живым стражам три желтых, ярких огонька.
Глава 202. Пояснения
Еще с минуту, все стражи стояли молча. Каждый из них думал о своем. Или может все они думали об одном и том же. Таши не была в курсе таких подробностей.
Она знала только одно, что ей до безумия было жаль Арша. Жаль его преданность и его чувство долга. И не было разницы, принадлежали они его треугольнику или Полару.
Первым начал идти Альфа три. Его слегка потерявшие жесткость и чеканность шаги гулко повторяло ледяное эхо. За ним, усталым караваном поплелись и остальные.
Три желтых огонька, шныряя по стенам, перемигивались друг с другом и с идущими за ними людьми.