Когда она наконец вышла из прохода, то ее глазам открылось необычайно красивое зрелище. В дневных, северных сумерках, прекрасная, близкая, огромная луна, была похожа на гигантскую, перевернутую на бок миску. Она величественно освещала все вокруг, своим серебристым сиянием – воздух, снег, лица друзей.
- Ну что, в снежки? – радостно предложил Оак, и девочка, увидев, сколько намело за последние несколько дней, зачерпнула горсть снега в ладонь.
Вместо ответа, от Эллана прилетел небольшой белый комок, и ударился о плечо здоровяка. Оак, тут же ответил на огонь противника, и забава началась.
Мальчишки метали друг в друга немыслимое количество снежков, Таши тоже иногда доставалось, но она, уворачиваясь, только посмеивалась над меткостью друзей.
Неожиданно, большой, увесистый ком попал в живот Элла. Друзья конечно сразу ощутили его «ранение», и перестали бросаться снегом. Мальчик лежал на снегу, изображая, что ему помимо живота, попали еще и по ногам. Оак начал подходить ближе, и тут Эллан, лукаво подмигнув подруге, резко сел на корточки и сделал непонятный жест рукой. Его пальцы словно собрали воздух в предмет, похожий на трубку и кинули его в Оака. Здоровяк отреагировал незамедлительно и широко раскинув руки, поднял вокруг себя снег и образовал полукруглую «крепость».
Вот тут и началась настоящая снежная битва. Атакующие снаряды Эллана в виде комков размером с две ладони, летели с бешеным свистом и врезались в укрепления. На месте части пробитой стены, тут же образовывалась снежная заплатка. Осажденный Оак, пару раз бросался в друга огромными снежными шарами и гордо называл это «атакой катапульт».
- Таши, присоединяйся! Мы покорим эту твердыню! – позвал ее в игру Элл, создавая несколько снежных снарядов для мгновенной атаки.
- Я не знаю как! – ответила им девочка.
- Это просто! – возводя новые стены прокричал подруге Оак. – Подумай о том, чего ты хочешь сотворить!
Девочка попыталась сосредоточится, что в такой веселой ситуации было весьма сложно. Конечно, возводить гигантские снежные стены она не сможет, да и быстрые снаряды в виде шаров ей тоже вряд ли будут по силам. Она всего раз творила снежную магию, если конечно не считать кристального письма. Но те животные у нее сами получились…
Точно, животные!
Таши сосредоточилась на льющемся через ее руку потоке магии и направила его в небольшую горку снега, что лежала рядом с крепостью Оака. Снежинки начали подниматься и кружится, для каждой из них была своя роль и свое место в задумке юной стражницы.
Сначала это было просто облако снежного тумана, но через секунду…
- Ааааааааа! – завопил Оак и выбежал из-за своего укрытия.
- Ааааааааааааа! – намного звонче и громче вторил ему Элл, забыв о только что сотворённом снежке.
Над стенами крепости появилась большая голова прозрачно-белого льва. Он тряс гривой и мотал головой, точно пытаясь кого-то разорвать, и мальчишки в ужасе пятились назад. Под веселый смех Таши, иллюзия исчезла и снежинки снова опустились на землю.
- Ничего же себе! – глаза Оака, выпучились так, что казалось вот-вот вылетят из головы, - Это ты сделала?
- Да. – все еще посмеиваясь ответила Таши.
- Укуси меня упырь! – брови Элла взметнулись почти к макушке, на запорошенном снегом лице был невероятный восторг. – Я тоже так хочу!
- Тогда упырь тебя реально укусит. – пообещала ему подруга.
Мальчишки снова радостно засмеялись. А стражнице, вдруг очень захотелось увидеть Никса. Который теперь мог летать. И она совсем забыла рассказать об этом друзьям.
- Никс! – крикнула она в ослепительно-белый ночной воздух, - Эй, Никс! Лети ко мне!
К ее затее тут же присоединились сидящие в снегу друзья. Небо пронзили еще два голоса:
- Иглуууу!
- Сугроооб! Лети сюда!
Минутная тишина сумерек полярной ночи сменилась хлопаньем нескольких пар крыльев. При том не трех, как ожидали друзья.
Сразу, за тремя маленькими совиксами, которые с бешеными воплями неслись к своим хозяевам, летели еще трое, но намного больше и старше.
Пока Иглу, кажется начавшая говорить раньше, чем вылетела из совушни, пересказывала Эллу все сегодняшние новости, пока Сугроб, целясь видимо именно в лицо Оака, пытался приземлится, пока Никс снежным комком гонялся вокруг Таши и безостановочно вопил, на площадку бельведера опустились взрослые птицы.
Первая была серебристой, стройной и изящной, ее лукавые, небесные глаза были точно специально подведены черными, перьевыми полосами. Она кокетливо смотрела на обоих мальчишек, что сейчас обнимались со своими совиксами. Это была Алурра – совикс Альфа один.