- Вы очень красивая. – не смея оторвать взгляд от огненно-оранжевых глаз, произнесла девочка.
- Хм, как интересно. Спасибо. – птица почтительно наклонила голову. – Ты намного учтивее некоторых.
За спиной снова послышались голоса Элла и Оака, стихшие в самом начале разговора подруги и черного совикса.
- Вы наверно, хотите поинтересоваться как там Альфа три? – робко продолжила разговор Таши.
- Нет-нет, малышка. Я абсолютно точно, в отличии от всех остальных, знаю, как и где сейчас Альфа три. А еще я знаю, что он уже давно взрослый и самостоятельный. Иногда даже слишком самостоятельный. Так что переживать за него, абсолютно нет смысла. Мне точно известно, что, если жива я, в этом обличии, значит ему тоже ничего не грозит. А остальное, мой человек решит сам.
- Совиксы тоже умирают при гибели хозяина? – девочка сделала к огромной птице еще несколько шагов.
- Можно сказать и так. – усмехнувшись коротким скрипом, таинственно ответила Нокс. – У совиксов, есть два типа развоплощения. Это, как ты уже правильно заметила – полное, оно наступает со смертью хозяина или рядовое – при тяжелом ранении нас самих. После первого, наш прах может переродится уже только в детеныша, который полетит выбирать себе нового наездника. После второго – мы, спустя один или два дня, возвращаемся во взрослое состояние, к тому же человеку, что и был до этого. Два дня назад, мне как раз пришлось пережить подобное рядовое развоплощение. Было конечно не очень приятно, но не могу отрицать, что мне нравится блеск новых перьев.
Она ненадолго замолчала, словно ожидая от Таши какого-то ответа.
- Почему ты меня все еще боишься? Неужели из-за моего окраса? – Нокс расправила правое крыло и начала его изучать. – Поверь, если бы я была зеленой, это бы выглядело намного хуже.
- Просто, Никс и Сугроб рассказывали про черного совикса. Который их пугает, а потом я увидела вас…
- И подумала, что они боятся меня. А потом и сама начала делать тоже самое. – закончила за нее предложение черная птица. – Поверь малышка, я не могу причинить вред тебе, так же как ты мне. Это закон. И его не нарушишь. Хотя порой очень хочется. А эти два мелких сорванца… Спроси лучше у Диама.
На мгновение она представила, как будет расспрашивать своего наставника о чёрном совиксе, который обитает в совушне и пугает Никса. Нет, этого делать было нельзя ни в коем случае. Она лучше «Пунктуацию» от корки до корки перепишет, чем спросит мастера троек о чем-то, что не касается учебы.
Друзья вежливо попрощались со всеми совиксами. Эллу пришлось еще раз сказать им, что все их хозяева живы и скоро к ним придут. Таши, большие птицы, напомнили родителей, что волнуются за своих детей.
На мгновение, у нее в голове промелькнула мысль о том, кем и где она была раньше, до Полара, но ее тут же вытеснил веселый оклик Эллана:
- Эй, ты почему остановилась? Пошли в оружейную. Сама же просилась!
На мгновение зажмурив и снова открыв глаза, Таши увидела перед собой белую дорогу из снега, перед совушней. Неужели она успела так много пройти, пока думала?
Оак уже ушел далеко вперед, к самой стене, где обычно образовывались проходы. Следы здоровяка почти не отпечатывались на снегу, который снова смыкался, как только он убирал оттуда ногу.
Эллан потянул ее за руку, и девочка смело пошла за другом в таинственную и еще пока неизведанную оружейную.
Глава 30. Главный оружейник
Перед самым проемом прохода, Эллан остановился и хлопнув себя по лбу. При том так сильно, что и Таши, и Оак схватились за головы. Но, казалось, Эллана это ничуть не встревожило.
- Забыл! - процедил он сквозь зубы.
- Что забыл? – не понял Оак.
- За луком зайти забыл. – уточнил Элл, убирая ладонь с лица. – Ну ничего, сейчас попробую его вызвать. Полар, лук из личной комнаты Омега один!
Мальчик коснулся рукой ледяной стены, но ничего не произошло, стена по-прежнему была сплошной и гладкой.
- Ну вот, придется идти. – удрученно проговорил друг и уже протянул руку для создания прохода к себе, но тут, прямо из стены, выросло сразу несколько луков. Через мгновение они все упали на лежащий внизу снег.
Присмотревшись, Таши увидела, что из четырех луков, три ледяных были самодельными и кривыми настолько, что она сначала даже не поняла с какой стороны и куда в них надо ставить стрелу.
Эллан краснея от смущения, очень быстро, ногами затолкал свои «работы», в ближайшую кучу снега. Не прошло и секунды, как он взмахнул рукой, и куча взорвалась, обдав друзей мелким, колючим, ледяным дождем.
- Так, вы ничего не видели. – пробурчал Эллан опустив голову и потирая левое запястье. Таши смотрела на него с негодованием, именно на ее руке теперь красовалась небольшая царапина.