- Если мне нельзя отсюда выходить, и мы вынуждены лежать, то это не должно мешать выполнению моих обязанностей, Альфа один. – пояснил мастер троек, и листы с картами снова замерли на своих местах.
- Каких обязанностей? Мы все их отдали Бета. Единственная наша обязанность – вылечиться! Но даже тут ты не согласен! – Сирх всплеснул руками, передразнивая движения Альфа три.
Но мастер троек уже не обращал на его выпады никакого внимания, его глаза снова изучали застывшие на разной высоте рисунки гор, равнин, рек и всего остального.
А мастер единиц, видимо считавший этот разговор не совсем завершенным, подозвал к себе Эллана, и что-то начал шептать ему на ухо, не сводя взгляда с злополучных карт. После того, как они закончили свой тихий диалог, Эллан с глазами не меньше столовых ложек, смотрел то на листы, плавающие вокруг, то на наставника, то на Альфа три.
- Элл, когда я еще такое тебе разрешу?! – заговорщицки улыбаясь, подначивал на что-то мальчика Альфа один.
Всё слышащий Оак, смотрел на них с ужасом и неодобрением одновременно. А Таши, даже ненадолго перестала рисовать.
- Ну, ладно. – согласился Эллан.
Рука Альфа один, как будто невзначай сползла с края кровати и через несколько секунд достала оттуда ровную, идеально гладкую стрелу, длинной не меньше локтя. Эллан присел, снял с плеча лук и чуть наклонил голову. За краем кровати его было почти не видно. Выждав полминуты, мастер единиц осторожно подал ученику то, чем можно было выстрелить.
Всё произошло мгновенно, стрела сорвалась с невидимой тетивы и со свистом рассекая воздух пронеслась, виляя между большими картами к одной маленькой быстрой зарисовке, что трепетала под самым потолком.
Это почти сразу заметил Альфа три. Пальцами он заставил все листы сдвинутся, убирая их с траектории выстрела. Но видимо, координация и концентрация магии подвела его именно в этот момент, и один из больших листов все же оказался подстрелен.
Ледяная стрела, царапнув потолок, упала вниз, разбившись миллионами осколков о твердый пол.
Глава 32. Решающий выстрел
- Вы думаете, что наделали!? – с яростью прокричал Альфа три, - Идиоты! Этому пергаменту более ста лет! А это больше чем вам двоим, вместе взятым! Конечно, если у вас еще остался мозг, чтобы это посчитать.
- Зато я повеселился! – ответил криком на крик Сирх. – Не все же должно быть по твоим правилам.
- Это не мои правила! – продолжал злиться Альфа три, руками направляя «раненный» лист к себе.
Эллан и Оак, ни с кем не попрощавшись под шумок, выскользнули к стене с проходами, чуть не сбив с ног возвращающихся Тау.
От последнего крика наставника проснулся Бирн, и, не смотря на протесты, недовольно ворча, перелез через Альфа один.
- Может хоть так помиритесь. – буркнул он и спиной толкнул одного товарища ближе к другому. – В любом случае, теперь будете мешать только друг другу.
- Доволен?! – обвинил мастера троек Альфа один и тоже отвернулся.
Девочку удивило, что наставник на этот раз вообще ничего не ответил, только тихо, словно от боли, зашипел. Около его лица плавала продырявленная, чуть выше середины большая карта Поларской территории Межмирья. Мастер потоками магии и холодом быстро затянул дырку, что была шириной чуть толще пальца, и нарисовал на ней морозным узором стершиеся стрелой обозначения.
- Омега три, как там ваше задание? – наставник наконец, впервые за сегодняшний день, взглянул на ученицу.
- Вот. – она торопливо поднесла к лицу Альфа три готовую работу. На листе пергамента средних размеров был подробно, до последнего куста, перерисован из учебника весь треугольник Межмирья. – Только в учебнике очень странно изображен Прибрежный лес, и я нарисовала немного по-своему…
- Омега три, - точно не замечая ее слов, перебил мастер. Секунду помолчав, он вновь продырявил большую карту в том же месте. Его зрачки снова начали быстро-быстро двигаться из стороны в сторону. – Вы можете заделать отверстие?
- Я попробую. – девочка несмело взяла огромный лист пергамента в руки и начала пытаться заращивать дыру, подобно Альфа три вплетая морозный узор в единую, плоскую, снежную поверхность. Получалось не очень, дыра все время пыталась разойтись, одновременно в нескольких местах. Но следящий за ней мастер, кажется был… доволен?
Его взгляд, точно остекленел. Он мягко отодвинул руки Таши от большого пергамента собственной магией, и резко сел на кровати. Выражение его лица начало непрерывно меняться, губы точно чего-то шептали, зрачки, будто следили за чем-то маленьким, почти неуловимым. Полотнища карт в ожидании зависли между стен.