«Можем, когда захотим!»
Генералу также пришлось принять непосредственное участие в невиданном переселении народов. Устраивать людей, обеспечивать, наблюдать за строительством, работать с многочисленными диаспорами, приводя их во вменяемое состояние. Да по существу попавшим сюда наглецам с южных республик уже нечего было ему предъявить. Что они могли со своими столичными связями против волкодавов генеральского управления? Слишком ретивые были быстро закопаны в пригородных болотах. Остальные затаились, но под ковром продолжают вести интриги. Южане! Они без этого не могут. Но ничего, или притрутся…или не выживут.
— Василий Иванович, прибывает!
В небе показался юркий самолетик, заходящий на посадку. Чей-то бывший Бизнес-Джет, на котором нынче летает по делам нынешнее руководство. Не гонять же им свои задницы на больших авиалайнерах? Вон их громады так и застыли в конце взлетного поля. Не зря его летом расширяли, как и восстанавливали бывший военный аэродром Лахта. До конца осени сделаны сотни рейсов, отвозящих людей дальше в Арктику. На новую и более суровую родину. Никто не знал, насколько эта трагедия в этот раз затянется.
И удастся ли им сдержать Полярный рубеж. Новая зараза была коварной. Несколько раз казалось, что она остановилась. Но где-то в глубоком тылу внезапно вспыхивал очередной мегаполис и за несколько дней превращался в острый источник заразы. Кто туда занёс инфекцию, уже не узнаешь. Ловили, изолировали, даже убивали. Но кто-то все равно просачивался. Эгоизм, желание жить любой ценой, коррупция и связи лишали человечество шансов. Какой-нибудь зажравшийся прокурор нанимал людей и самолет, чтобы вывезти своих заболевших детей. В итоге они убивали миллионы.
Командующий вооруженный силами западного сектора генерал армии Голиков передвигался быстро. За ним еле поспевали крепкие парни в зимнем камуфляже. Михайлов автоматом отметил, что у всех при себе был полный комплект вооружения. Генерал оглянулся, его молодцы также подтянулись. Глава полиции внезапно понял, что уже давно окружен относительно молодыми лицами. Веление времени!
Возрастной ценз для эвакуации был установлен в пятьдесят лет. Жестокая необходимость! Тех, кто был старше, привозили очень редко. Это чаще всего были незаменимые специалисты и эксперты. В основном ученые. Даже многочисленные руководители различных министерств и отраслей остались на местах и никакие знакомства не помогали. Они попросту здесь не были нужны в таком количестве. А остро были востребованы рабочие и агрономические специальности. И научные кадры. На прикладную науку свалились гигантские задачи по обустройству нового мира. Лишь наука могла вытянуть человечество и не дать ему провалиться в варварство.
Потом второй ценз полезности распространился на лиц старше тридцати пяти. Если у тебя не было полезной профессии или непревзойденных навыков, то и шансов выжить становилось намного меньше. Так, за бортом практически всем составом остался класс постиндустриальной накипи: менеджеры по продажам, юристы, экономисты, финансисты, блогеры и многочисленные представители сферы услуг. Люди в это суровое время обойдутся без маникюра или личного фитнес-тренера. А вот хорошего плотника оторвут с руками и ногами, тут же прикрепив его семью к самому большому пайку.
Михайлов непроизвольно передернул плечами. Хорошо, что не он, в отличие от Голикова принимал непростые решения. Начальник штаба русской армии, выходец из ГРУ привык действовать быстро и жестко. Это в нем осталось от среднеазиатской военной кампании, где он проявил себя как настоящий русский военачальник. Тогда Русская армия действовала с самого начала жестоко и с упреждением. Завалили вражескую верхушку, уничтожили средства связи и мочили по тылам, не стесняясь попутных жертв среди гражданских.
И ведь многие в Генштабе надеялись, что их точно спасут и увезут с семьями на север. Реальность оказалась жестокой. Ценз в тридцать пять лет Голиков соблюдал неукоснительно. Зачем ему в Арктике такая прорва генералитета? Даже до Михайлова докатилась та волна гнева, когда высшие военные чины осознали, что их, в конце концов, бросили. Извините, время такое.
Да и последующие события показались внутреннюю гниль многих бывших начальников. Еще осенью появились многочисленные слухи о создании южнее Рубежей «Зон» для своих. Используя оставшиеся воинские части, склады с вооружением и техникой, генералы в короткие сроки возводили вокруг выбранных для выживания поселений непроходимые для чужаков барьеры. Селили внутрь «своих» и провереных.