– Нет, Элин, он твой… Ты никогда с ним не расставалась, – запротестовал он.
– Он берег меня все эти двадцать лет, теперь он будет беречь тебя. – Девушка сжала его крепко в руках, ощущая тепло собственного тела. – Пока жив ты, и жива я. Помнишь?
– Когда мы выберемся, я верну тебе его, клянусь. – Мужчина взял амулет, повязывая его на свою шею и пряча под одеждой.
– Я знаю, – прошептала она. – А сейчас, если ты не против, я немного полежу. – Элин чувствовала, как рана всё больше даёт о себе знать, и если и дальше будет вести столь «активный» образ жизни, то лучше ей точно не станет.
Опустившись на сырую, продрогшую землю, девушка притянула к себе босые ступни, ощущая, как холод завладевает ею, и она была готова уснуть, только громкий хохот всё время перебивал её сон.
Глава 5
Глава 5
Когда Элин очнулась в очередной раз, то на дворе стояла тишина и небо, казалось, голубее бирюзы, с лёгким налётом дымки. Яркие солнечные лучи, пусть и морозные, но согревали. Вот только тело пробивал озноб. Элин прекрасно знала, обувь являлась первым атрибутом, который отнимали у пленников, не давая им возможности бежать. Да и на дворе стоял не тёплый месяц. Даже в обуви далеко не убежишь, не то что без неё. Сезон морозов и метелей, особенно ближе к северу.
Поднявшись, Элин осмотрелась. Аксел сидел, съежившись у стены клетки. Сейчас и не скажешь, что он был выше её на голову и шире в плечах в два раза. Словно ему было не восемнадцать, а всё те же пять лет, когда она заботилась о нём и оберегала, как своего ребёнка. Хотелось обнять и утешить, только сил не было даже позвать его. Плечо горело, и с каждой минутой её пробирала дрожь. И вовсе не от мороза. Рана воспалилась, и Элин это чувствовала. Если не вытащить стрелу и не обработать рану, то в скором будущем смелая воительница умрёт в муках от заражения крови.
Желая прилечь обратно на землю, Элин заметила, как молодая девушка приближалась к их клетке. Элин напряглась. Хотя, что ей могла сделать эта девушка? Вот только сейчас ей и ребёнок мог причинить и нанести вред. Вряд ли Элин сможет даже подняться на ноги.
Когда девушка подошла ближе, то возле клеток поставила две миски. Элин сжала губы и одарила незнакомку злым взглядом, желая собственными руками сжать её горло, если та приблизится хоть на йоту ближе. Но девушка быстро удалилась от клетки, не задерживаясь, словно прочитав мысли Элин.
Когда они снова остались наедине с Акселем, то Элин подползла к миске и взглянула в содержимое.
В ней лежали куски срезанного с кости мяса. С чего бы такая щедрость? Если только не отравлено. Но просунув руку через прутья, Элин притянула к себе миску и поднесла к лицу, пытаясь уловить запах. Вроде еда казалась пригодной к употреблению.
– Аксел, – проговорила она, заставляя паренька оторвать голову от колен. – Поешь. – Элин указала на миску возле клетки и протянула свою.
– Это твоё! – возмутился он.
– Тебе нужны силы. Если мы хотим бежать, то нужен кто-то один, у кого будут силы. Моя рана… – Девушка посмотрела на плечо. – Только ты сможешь помочь мне. От меня нет никакого проку. Поэтому ешь.
– Элин, один кусочек. Прошу, остальное съем я. – Аксел оттолкнул её миску обратно к ней. – Кусочек, и я заберу остальное.
Девушка кивнула. Взяв один маленький кусочек, Элин откусила, ощущая, как потрескавшихся губ коснулся пусть и холодный, но сок приготовленного мяса.
Было вкусно и казалось, Элин не ела целую вечность. Вот только это ей не поможет. Ни кусочек, ни два, ни целый скеппунд тушёного или вареного мяса. У неё оставалось в запасе лишь пару дней. А еды в миске было не так и много, чтобы подкрепиться и сражаться. В еде ей не было нужды. Так хотя бы был шанс у Акселя.
Когда девушка протянула ему свою миску, Аксел не сопротивлялся. Знал, какой Элин бывает упёртой. И она всегда добивалась желаемого, чтобы ей это не стоило.
– Зачем они это делают? – Когда мужчина закончил с трапезой, то обратился к Элин.
Девушка лежала, вытянув ноги вперёд, а не сворачивалась калачиком, как прежде. Благо размеры клетки позволяли. Веки распахнуты, и она не моргнула ни на секунду. Сердце забилось в груди, но когда Элин повернула голову, то Аксел выдохнул.
– Я не знаю…
– Они же никого не оставляют в живых… – Мужчина покосился на разбитый лагерь. От былого костра остались одни угольки, и только несколько женщин передвигались по местности. Никого не было. Утро хоть и было ранним, но в их деревушке жизнь била ключом уже в шесть утра. – И почему только мы, а не кто-то ещё?
– Я не знаю. – Элин опустила ладони на холодную землю, понимая, как её тело горит. Температура поднялась выше, и если Элин лечь на снег, то он начнёт таять под ней. Озноб уже не бил, как прежде. – Возможно, мы единственные, кто уцелел. Возможно, им нужен кто-то для жертвоприношения. А может, это извращённый способ убить пленников. Сначала дать надежду, а потом отнять жизнь. Я не знаю. – Прикрыв глаза, Элин ощутила, как тошнота подкатывает к горлу. То ли от недоедания, то ли от высокой температуры.