Слишком жарко. Было слишком жарко. Тело, будто горело в огне. Возможно, температура так и не спала, и все её мучения оказались напрасны. Но на удивление острой боли в плече не ощущалось. Желая дотянуться до раны, кожу запястий Элин сковало неприятное ощущение. Руки до сих пор связаны.
Открывая веки, девушка часто заморгала, не понимая, почему перед глазами стоит совершенно иная картинка. Светло бежевый покатый потолок смотрел на неё вместо неба. Что происходило? Тело так и обдавало жаром. Когда Элин села, то с плеч соскользнула овечья шкура, и девушка осмотрелась по сторонам. Она не находилась в клетке. Даже более того, Элин, укрытая, лежала в постели своего врага. Сердце заколотилось в груди, будто подгоняя её, требуя от девушки немедленного подъёма. Ноги же не были связаны.
Что вообще происходило?
Элин прижала связанные запястья ко лбу, пытаясь вспомнить произошедшее за последнее время. Из-за её ранения она то и дело погружалась то в сон, то в забытье. Элин помнила: мужчина, вошедший в свою хижину, дальше всё… темнота. И теперь она в его постели.
Осмотревшись по сторонам, девушка заметила на столе клинок, что послужил последней пыткой для неё. Схватив его, Элин села на шкуру и зажав рукоять между ступней, приступила к попытке разрезать верёвки, надеясь на милость богов, кто не позволит в это мгновение хозяину навеса появиться на пороге. Края лезвия хоть и сточены, но не были столь острыми.
Когда верёвка наконец-то поддалась, Элин откинула её в сторону, вновь осматриваясь по сторонам. Бросившись к постели, девушка начала поднимать шкуры друг за другом, надеясь найти хоть какое-то оружие. Но ничего. Продолжая ощупывать, Элин водила руками по постели – та до сих пор хранила её тепло. Неужели в хижине не осталось никакого оружия? Продолжая ползать по застеленной земле в поисках хоть чего-нибудь, Элин нашла ключ. Ключ! Ключ от той самой клетки. Сердце забилось сильнее, ударяясь о рёбра. Это был шанс. Тот шанс, что ниспослали боги.
Нож, что послужил и врачеванию, и освобождению, пусть и тупой, но мог сгодиться для побега. Элин схватила его и крепко сжала ключ.
Теперь у Акселя появился шанс выбраться из клетки. У них появился шанс бежать.
Она не знала, какое время суток на дворе. Но если бы сейчас была ночь, разве Халлдора не было бы здесь? Значит, Элин провела слишком долго без сознания. Даже плечо не смогло бы за пару часов перестать обдавать тело обжигающей волной накатывающей боли, словно кипяток.
Было утро следующего дня. Оставалось молиться, чтобы за это время с Акселем ничего не произошло. Отодвинув шкуру, Элин осмотрелась. Почти никого не было. Только пара девушек сновали из стороны в сторону, хлопоча по своим делам. Выбравшись на улицу, кожу тут же обдало ветром, а ноги сковал холод. Медленно, словно ничего и не происходило, Элин направилась в сторону клеток. Аксел сидел на прежнем месте.
– Ты жива! – прошептал он, обхватывая озябшими ладонями девушку за лицо. – Он тебя не тронул? Не причинил боли?
– Нет. – Элин покачала головой. Не было времени для разговоров.
Схватившись за замок, Элин попыталась открыть его, но услышала крик. Это было по её душу. Вручив ключ и тонкий клинок, она сжала руку Акселя.
– Беги, открывай дверь и беги, что есть сил в наш лагерь, беги на восток. Не останавливайся, – прошептала она и побежала на запад. Если Элин отвлечет всех, то у Акселя появится возможность незаметно сбежать.
Припустившись со всех ног, Элин пробежала через весь лагерь, минуя двух девушек, которые лишь расступились по сторонам, боясь, что она могла причинить им вред.
Когда Элин выбежала на заснеженную тропу, где не ступала чужая нога, то ощутила, как ступня провалилась в снег, царапая кожу, но продолжила путь, делая широкие шаги, перепрыгивая через сугробы.
Найдя взглядом проторенную дорожку, Элин ускорилась, надеясь, что Аксел выбрался и уже бежал в другую сторону. Ноги саднили от ссадин, оставленных льдистой корочкой снега. Девушка каждый раз проскальзывала на холодном насте. Когда дорога пошла под откос, не устояв на ногах, она повалилась вперёд, ощущая, как ладони царапала жёсткая поверхность.
Поднявшись на ноги, Элин продолжила бежать. Она не знала, следовал ли кто-то за ней. Кровь бурлила в венах, сердце молотилось в груди. Если остановится или обернётся, то потеряет драгоценные секунды. Должна бежать. Возможно, им удастся сегодня сбежать из разбитого лагеря волчицы.
Продолжая бежать и петлять между лысых деревьев, девушка, ощущала, как ступни сковывало ледяными тисками. Да и мелкие ссадины кровоточили, оставляя видимые следы. Если среди белого плена можно сразу и не разглядеть следов, то вот капельки крови были как факела среди самой тёмной ночи.