Когда шестой удар обрушился на её спину, девушка пошатнулась и повалилась на четвереньки. Рыдание вырвалось из груди. Слёзы капали из глаз на холодную землю.
Когда десятый удар плетью коснулся её тела, Элин повалилась на бок, притягивая к животу колени. Сквозь шум в ушах, она слышала, как Аксел кричал, просил подпустить его к ней, но трое мужчин потащили парня в сторону клетки.
Стиснув зубы и зажмурившись, Элин всхлипнула.
Сил не было даже встать, но её вновь кто-то подхватил на руки. Не было даже сил раскрыть глаза. Боль обжигала спину. Трясло уже не от холода, а от саднящих ран. Опустив голову на сильное плечо, Элин почувствовала, как влажная одежда коснулась её щеки.
Мужчина перешагнул через порог своей лачуги и опустил девушку на пол, стараясь положить так, чтобы ничего не касалось её спины.
Элин больше ничего не ощущала, ничего не слышала, не понимала происходящего вокруг.
Когда нежные и заботливые руки приподняли и усадили её на мягком полу, то она заметила перед собой девушку, ту, кто перебинтовала ей рану. Она пыталась стянуть с Элин мокрую одежду и, натягивая на неё длинную юбку, а следом рубашку спиной вперёд, прикрывая грудь.
Уютное тепло лачуги согревало, и если бы не полыхающая огнём спина, то Элин погрузилась бы в долгий неустанный сон. Но боль от нанесённых ран плетью горели не так, как раны на сердце и душе. Руки опускались. Это стало их шансом, но ничего не вышло. Веки отяжелели и если бы не Халлдор, то Элин повалилась бы на спину, ощущая новую боль.
– Ляг на живот, – произнёс он почти шёпотом.
Девушка повиновалась, понимая: нет у неё другого выбора, да и сил бороться больше не осталось.
Опускаясь на овечьи шкуры, мягкая шерсть коснулась щеки Элин, смахивая с лица слёзы.
Тёплая, влажная ткань прикоснулась к её растерзанной плетью спине. Впиваясь пальцами в ворс ковра, девушка зажмурилась. Халлдор, как можно нежнее прикасался, обрабатывая кровоточащие рассечённые порезы. Плеть была тонкой. Такая била больнее, но повреждения оставались не такими существенными, как от толстых плетей.
– Скоро станет легче, – прошептал он.
– Легче не станнит никогда. – Шмыгнула носом Элин, стискивая тёплый ворс шкуры между пальцами.
– Вот зачем! Зачем ты сбежала? – Халлдор погрузил тряпку в миску с водой и, сполоснув её, отжал, вновь прикасаясь ссадин на спине девушки. – Через неделю начнутся сильные морозы. Поодиночке, да и вдвоём, вы не выживите в лесу. Без оружия, еды, тёплой одежды, обуви.
– Выжили бы! – Элин ещё крепче стиснула шерсть шкуры. – Если бы не ты!
– Если бы не я, через пару дней ты умерла. – Он вновь прикоснулся к ранам на коже, но уже не так нежно, как прежде. – Если бы я знал, что ты настолько глупа, то запер снова в клетке.
– Поверь, клетка мне не помеха, я найду способ, и мы сбежим. – Тяжело задышала Элин.
– И дальше что? Ты не знаешь здешний климат – он суров. Бежать раньше, чем настанет апрель, – это самоубийство.
– Думаешь сидеть в клетке для скота это лучше?
– Я думаю это лучше, чем быть мёртвой, – прохрипел он, опуская лоскут ткани в воду и садясь возле миски, смотря на Элин.
– Для меня лучше умереть, чем быть скотом или рабыней. – Девушка посмотрела на Халлдора, сидящего рядом. – Мы не станем служить своему врагу, поэтому лучше убейте сразу.
– Ты всё же глупее, чем казалось. – Покачал головой мужчина и вновь погрузил руку в миску с водой. Смочив лоскут ткани, он отжал его и приступил вновь обрабатывать раны, смывая остатки крови.
Когда все ссадины были промыты, Халлдор смазал каждую царапину чем-то липким и вязким. Хуже плетей уже не могло быть. Да и боль постепенно угасала.
– Лежи так и не вздумай бежать, – произнёс он, выходя с миской воды из навеса, оставляя Элин одну.
Даже если бы она и помышляла об очередном побеге, то сейчас находилась не в том состоянии. Отогреваясь в тепле, Элин ощущала, как ступни покалывало от порезов о наст, а ранки стали кровоточить.
Спустя десять минут девушка ощутила, как разум уносится прочь от реальности. Подальше от этих мест. Туда, где её душа и тело не болели.
– Мне нужно, чтобы ты встала. – Её руки коснулись пальцы мужчины, и Элин вздрогнула, распахнув глаза. Внутри вновь всё сжалось, и на глаза навернулись слёзы. Хотелось, чтобы эта реальность оказалась кошмаром, а тот сон, в который погрузилась она, не прекращался никогда. – Сядь.
Упираясь ладонями о тёплые застеленные шкуры, Элин села, но руки Халлдора вновь подняли её и усадили на скамью.
Перед ней на полу стоял небольшой глиняный котелок и несколько разрезанных лоскутов. Но взгляд её оторвался от предметов, когда мужчина слегка приподнял женскую юбку, и девушка резко опустила ладони на колени, не позволяя задрать ткань выше. Но видимо этого он и не желал. Усмехнувшись, Халлдор покачал головой и придвинул глиняный сосуд ближе, опуская ноги Элин в теплую воду. Кожу тут же обдало жаром, и лёгкое покалывание щипали её ранки. От воды исходил запах каких-то трав. Стоило рукам мужчины скользнуть в воду и обхватить пальцами её ступню, Элин вновь вздрогнула и притянула ногу к себе.