– Поставь на землю, – холодно сказала Элин, бросая взгляд на мужчину.
– Как раны? – поинтересовался он, приближаясь к ним и ставя рядом с Элин и Акселем еду.
Судя по исходящему пару от пищи, еда недавно была с огня.
– Хорошо, – коротко ответила она, отводя взгляд на противоположную стену, медленно изучая её сверху донизу.
Сарай построен на славу. Не единого просвета, ни щели.
– Тогда отлично, – сухо ответил он, направляясь к выходу запирая за собой дверь.
Только когда шаги удалились прочь, Элин притянула обе миски, протягивая одну Акселю, другую забирая себе. Еды было предостаточно. Можно сказать полноценный обед обычного воина.
– Он… – проговорил мужчина, смотря на дверь. – Прикасался к тебе?
– Нет, – Элин помотала головой. – Только обрабатывал раны. Больше ничего, не волнуйся.
– Ты ему нравишься, – сказал Аксель, откусив кусок отваренного мяса.
– А он мне нет, – коротко ответила она, уставившись в свою миску.
– Элин, – он вновь обратился к ней. – Почему они не убили нас, даже когда мы пытались бежать?
– Я не знаю, – девушка притянула к себе колени, ощущая, как её пробил озноб. – Он сказал, что в конце апреля, когда сойдёт снег, он отпустит нас…
Она встретила недоумевающий взгляд Акселя. Элин сама не понимала этого. И не верила в слова врага.
– Ты веришь ему?
– Нет. – Покачала головой девушка. – Поэтому я найду способ выбраться отсюда, и мы сбежим. Несмотря на обильные сугробы в лесах.
– Мы так далеко от дома, – выдохнул Аксел.
– Есть лошади. Скорее всего, есть какие-то другие поселения.
– Элин… – Он с грустью посмотрел на девушку.
– Мне тоже страшно, – прошептала она. – Но я не доверюсь врагу.
– Я видел, как он на тебя смотрит, и как обнимал тебя сидя на лошади, когда ты спала, – Аксель поставил миску на землю. – Ты красивая. Силой, ты не станешь его, но если он отпустит, то возможно рассчитывает, что ты по собственному желанию захочешь остаться с ним. Если его слова правдивы?
– Мне плевать, как он смотрит на меня, – стиснула зубы девушка. – Я не доверюсь врагу и никогда, никогда не останусь возле того, кто хоть как-то причастен к смерти моих родных.
– Я не говорю тебе оставаться здесь, с ним. Возможно, он и правда нас отпустит… из-за чувств к тебе...
– Аксел, если ты прав, и он надеется на моё возвращение после ухода, то, когда этого не произойдет, думаешь, наш путь будет долгим? – Покачала головой девушка. – Когда я не вернусь через час, он поймёт, что его доброта никак не вознаграждена. Ты думаешь, он смирится с этим?
– Не знаю… – Прикрыв глаза, Аксел прижался головой к стене. – Это всё из-за меня… прости…
– Прекрати! – Элин сжала его плечо. – Ты не виноват.
Глава 9
Глава 9
Восемь лет назад
Сквозь неодолимую дремоту пробивался ревущий звук шофара[1]. Элин распахнула глаза, когда кто-то неустанно тряс её за плечи, стараясь добудиться до неё. Над ней нависало лицо Акселя. Он смотрел на неё испуганными глазами, будто сверкающие изумруды в солнечном свете. До слуха вновь донесся предупредительный звук из бараньего рога, и девочка вскочила на постели, осматриваясь по сторонам.
Враги! На них надвигаются враги?!
Но нет! Топот копыт, разбивающий былую тишину, свидетельствовал только одному: враги уже находились в их деревне, в их тихой обители. Нащупав амулет, Элин тяжело задышала.
Они больше четырёх лет покинули прежние места и обосновались в незаметной глубинке скалистых гор. Едва ли зимой можно было разглядеть заснеженную деревеньку. А летом распознать травянистые крыши, да стены среди всей благоухающей зелени. Но мирные дни вновь миновали. Элин расслышала крики мужчин, сообщая, о клане Алволиг.
Элин множество раз слышала название этого клана, он не уступал Кровавой волчице в своей свирепости. Элин нервно сглотнула. Им уже не убежать. Деревня наполнена врагом. Незамеченными скрыться у них не получится. В доме больше никого не было. Она и Аксель. Элин не знала, где находилась Эстер и живали она. Как только они окажутся на улицы, их жизнь сочтена. Лишь бы никто не зашёл в дом или не решил его сжечь. Хотя каждый дом находился под покровом земли и травы. Деревянные стены были скрыты землёй, дерном и камнями. Вряд ли так легко им удастся спалить всю деревню. Эта маскировка стала не только шансом скрыться от чужих глаз, но и помехой быть сожженными заживо.
Элин взглянула на худощавого мальчишку. В руках он теребил край своей рубашки. Девушка всегда оберегала брата, желая скрыть от его глаз всю жестокость окружающего мира. Она же с самого детства наблюдала, как возвращались мужчины её клана с войны. Если бы только у неё был тот, кто защищал её как она Акселя, возможно сердце не переполнилось той черной ненавистью, что сжигала девочку изнутри.