В ночи что-то движется.
Совсем близко – он это чувствует. Вибрация передает его силу и вес этого существа. Оно огромно, от его шагов содрогаются и земля, и тело Джереми, и оно приближается. Бремен уверен, что существо хорошо ориентируется в темноте. И способно видеть его.
И вот оно уже рядом с ним, над ним, и Джереми ощущает силу его взгляда. Он опускается на колени – земля внезапно стала холодной – и сжимается в комок.
Что-то касается его.
Джереми сдерживает рвущийся из груди крик. Гигантская рука – нечто грубое, огромное и совсем непохожее на руку – хватает его и поднимает над землей. Бремен снова чувствует мощь этого существа – на этот раз по силе, с которой оно сдавливает прижатые к телу руки, и по треску ребер. Вне всякого сомнения, оно может раздавить его, если захочет. Очевидно, не хочет… По крайней мере, пока.
Джереми понимает, что его рассматривают, оценивают и словно взвешивают на невидимых весах. Он чувствует себя беспомощным, но в то же время успокаивается, словно лежит голый на столе рентгеновского аппарата, зная, что невидимые лучи проходят сквозь его тело, выявляя болезни, выискивая семена распада и смерти.
Его опускают на землю.
Бремен не слышит ничего, кроме своего прерывистого дыхания, но чувствует удаляющиеся шаги. Невероятно, но шаги удаляются во всех направлениях сразу, словно волны от брошенного в пруд камня. Он чувствует облегчение и, к своему ужасу, обнаруживает, что плачет.
Через какое-то время Джереми распрямляется и встает. Он кричит, но его слабый голос поглощается тьмой, и Бремен уже не уверен, слышал ли он его сам.
В отчаянии Джереми колотит руками по земле. Слезы все еще текут по его щекам. Вокруг так темно, что не имеет значения, открыты или закрыты его глаза. А потом, когда он засыпает, ему снится только тьма.
Те глаза, что не
Восходит солнце.
Веки Джереми, затрепетав, открываются. Он смотрит на далекое сияние и снова закрывает глаза, не успев осознать, что происходит.
Восходит солнце.
Бремен открывает глаза, садится и, моргая, смотрит на восход. Он лежит на траве. Равнина, покрытая мягкой, доходящей до колен травой, тянется во все стороны, сколько хватает глаз. Солнце отделяется от горизонта, и темно-лиловое небо становится синим. Джереми сидит, и его тень скачет по траве, которая слабо шевелится от утреннего ветерка.
Он становится на одно колено, срывает стебелек высокой травы, снимает с него кожицу и высасывает сладкую мякоть. Вкус напоминает ему о вечерах, которые Джереми в детстве проводил на лужайках. Потом он идет навстречу солнцу.
Теплый ветер ласкает обнаженную кожу, колышет траву и своими тихими вздохами немного ослабляет головную боль, пульсирующую где-то позади глаз. Такое простое действие, как ходьба, доставляет Бремену удовольствие. Ему нравится чувствовать траву под босыми ногами, нравится наблюдать за бликами света на коже.
Когда солнце проходит зенит и начинает клониться к закату, он понимает, что идет к какому-то пятну на горизонте. Ближе к вечеру пятно превращается в линию деревьев. Перед заходом солнца Джереми входит в лес.
Деревья здесь – величественные вязы и дубы из пенсильванского детства Джереми. Он останавливается на опушке и оглядывается на широкую равнину, которую только что покинул. Вечерний свет золотит колышущуюся траву, зажигает короны вокруг бесчисленных кисточек на верхушках стеблей. Бремен поворачивается и углубляется в лес, тень прыгает впереди него.
Впервые за все время он чувствует усталость и жажду. Язык у него распух, стал шершавым и воспаленным. Джереми, спотыкаясь, бредет среди удлиняющихся теней, мечтая о высоких стаканах воды и выискивая признаки облаков в проглядывающих между деревьями клочках неба. Вглядываясь в темнеющее небо, он едва не падает в пруд.
Блестящий круг из воды прячется за кольцом из сорняков и камыша. На высоком берегу растут несколько вишен, корни которых спускаются к воде. Бремен делает несколько шагов к пруду, нисколько не сомневаясь, что видит перед собой мираж, игру вечернего света, и что вода исчезнет в ту секунду, как он бросится в нее.
Ледяная вода доходит ему до пояса.
Она приходит следующим утром, сразу после рассвета.
Позавтракав вишнями и холодной водой, Джереми пробирается на поляну на востоке от пруда, но вдруг замечает какое-то движение. Не веря своим глазам, он замирает – становится еще одной тенью в тени деревьев.