— А ну не замай! — во всю силу своих необъятных легких взревел бас.— Задушу подлюгу!
И уже не было силы, способной остановить двух ожесточившихся мужчин. Николай бросился на помощь отцу, но его схватила мать. Солодухин и еще несколько человек из хора попробовали остановить Столярова, взывая не столько к сердцу его, сколько к разуму:
— На кого идешь, голова садовая?.. Да он тебя с потрохами скушает... Это же Болдин Павел Александрович!..
— А по мне, хоть сам царь... Не потерплю... не позволю никому унижать русского человека!
Полетели в сторону столы. Отломав от плетеного венского стула ножку, Столяров Василиском двинулся на врага, дыша винным перегаром.
— Остановите его,— не боязливо произнес Болдин.— Остановите, или я продырявлю его медный лоб.— С этими словами Болдин вытащил из заднего кармана браунинг, сбросил предохранитель и направил дуло в потолок.
Неожиданную прыть проявил в роковую эту минуту руководитель хора Солодухин. Сила, перебившая чувство самосохранения (Солодухин на одну только секунду представил, что станет с хором, если он потеряет главного солиста), заставила его с юношеской прытью заслонить собой дядю Борю. Забыв о достоинстве, плюхнулся на колени и на коленях приблизился к Болдину, обхватил его ноги и проговорил:
— Не губите, не губите, Павел Александрович, у многих дети малые.
Видно, хмель вылетел из головы Столярова или жалко стало старого друга, всего себя вложившего в хор и сейчас постыдно стоявшего на коленях, но что-то оборвалось в могучем басе, и произнес он, обращаясь к Солодухину:
— Встань, Ванюша, не срамись. Не трону я пальцем твоего Павла Александровича. Но ежели у него желание появится встретить меня в другом месте, передай, что всегда буду к его услугам, а теперь встань, прошу тебя... вот так.
А Ксения успокаивала мужа. Давно не видела его таким. Дышал порывисто, и росинками выступил на лбу пот.
Ксения, не расстававшаяся с успокоительными каплями, тщетно пыталась открыть пузырек. Руки дрожали и не слушались ее.
Болдин хорошо помнил слова Голсуорси: «Самой страшной трагедией в жизни является полная невозможность изменить то, что уже совершено» — и говорил себе: «Это не трагедия, это дар судьбы способному принимать решения».
Если бы только помимо его воли, желания не приходили сны о доме!
Николай рос юношей самостоятельным и в достаточной степени самолюбивым. Родителей чтил меньше, чем чтут их обычно в России, но при всем том заметно больше, чем это принято в Новом Свете. Знакомые ставили Николая в пример своим детям и искренне завидовали Болдиным. Им не раз приходилось слышать:
— О, это время, этот темп — они лишают родителей радости видеть, как растут их дети. Получил шоферские права и, пожалуйста, дни и ночи проводит в машине. А вот где и с кем? И потом эти отвратительные парки, куда въезд только на машинах с погашенными фарами. Ужас, как быстро растут дети!
Однажды Павел Болдин возвращался домой поздно ночью и решил сократить дорогу, проехав через парк. По рассеянности забыл выключить фары, они освещали стоявшие на обочинах машины, в которых забавлялись юные пары. Услышал выстрел и ничего не понял поначалу. Но неожиданно одна из его фар погасла, он почувствовал легкий толчок, вышел из машины и в то же мгновение разлетелось стекло и другой фары.
Из-за кустов послышался грубый окрик:
— Эй, шляпа на цыпочках, жизнь надоела? — И визгливый девичий голос: — Давай к нам, папочка, у нас хорошо и много виски.
На следующее утро сумрачно сказал Николай:
— Папа, ты или не заезжай в тот парк или уж, во всяком случае, не забывай выключить свет. Могла быть большая неприятность. И потом — туда в одиночку не ездят. Запомни это.
Павел Александрович едва сдержался, чтобы не спросить: «А ты откуда знаешь, где я был?»
В двадцать два года Николай привел домой длинноногую большеротую подругу и, обратившись к матери, пробасил:
— Это Дора. Мы поживем немного и, возможно, поженимся.
— Рада познакомиться,— заученно произнесла Дора, окинула оценивающим взглядом обстановку, перевела взор на отца Николая и потом на мать.
Канадский антибольшевистский комитет (КАНАКО) давно приметил Николая Болдина — парня самостоятельного, взрывного и, судя по всему, достаточно честолюбивого. Вовлечь его в группу было бы большой удачей. Это почти наверняка открывало доступ к кошельку его богатого отца. Постарались представить себе образ жизни Николая и круг его интересов. Заметили, что он любит проводить субботние вечера в кинотеатре «Колизей».