– Надеюсь, вы к нему не слишком строги? – встревожилась я. Мне отнюдь не хотелось, чтобы младший братишка пожертвовавшей за меня жизнью Мейхи сменил палки Скрытого двора только лишь на розги дворца Полдень.
– Что вы, ваше величество. Мальчик старается, и я им доволен.
– Хорошо. Тогда приведите его ко мне – ну, скажем, завтра.
– Ваше величество хочет проверить его успехи? Умоляю избавить вашего слугу от позора – мне пока совершенно нечем похвастаться.
– Что вы, – невольно в тон ответила я. – Я просто хочу на него посмотреть. Аху, внеси в расписание на завтра.
– Да, ваше величество, – поклонилась Нюэ Аху, молоденькая наложница, исполнявшая обязанности моего секретаря. У девушки оказался великолепный почерк и отменная память, а большего от неё и не требовалось.
В соседней комнате служанки уже сервировали стол. Пищу с кухни приносили в лакированных коробах, в серебряной и фарфоровой посуде, установленной в ёмкости с горячей водой. Когда с главного блюда сняли крышку, по комнате поплыл божественный запах жареной утятины. Я едва не облизнулась, враз почувствовав, что успела проголодаться, взяла с тарелки тонкую лепёшку и скатала её в трубочку. Потом прихватила палочками кусочек мяса и окунула его в соус.
На улице уже давно стемнело, и в покоях горели многочисленные свечи и фонарики. «Опустить засовы! – раздавались над стенами и садами Внутреннего дворца крики дежурных евнухов-привратников. – Запереть замки! Осторожней с фонарями!» Они всегда кричали одно и то же, выполняя раз и навсегда заведённый ритуал, как, если верить историческим романам, кричала на европейских улицах ночная стража: «Спите спокойно, жители города такого-то!» Вполне возможно, что и в Таюне раздаются те же крики, но мне никогда не доводилось бывать в городе в будний день после захода солнца. А ведь сейчас, вдруг подумалось мне, после закрытия дворцовых ворот, во дворце, что Внутреннем, что Внешнем, не осталось ни одного настоящего мужчины, кроме императора и моего сына. Кстати, о сыне…
– Их высочеств уже уложили? – спросила я.
– Эм… – евнух Уцзин потупился. – Ваше величество…
– Что такое? Шэйрен опять не хочет засыпать?
– Нет, ваше величество, – с несчастным видом признался Уцзин. Я вспомнила, каким трагичным голосом он же сообщил мне, что моего сына только что вытащили из пруда. Не знай я к этому времени об обыкновении прислуги делать драму из любого пустяка, если этот пустяк касается императорских детей, решила бы, что Шэйрен утонул. А на деле – ну, подумаешь, промок, зима выдалась тёплая и бесснежная, его тут же укутали в меха, ребёнок и не чихнул лишний раз.
Сегодня тревога тоже оказалась ложной. Когда я поднялась в детскую, оказалось, что Шэйрен уже спит. В кровать его высочество укладываться действительно не желал, но стоило няням сдаться и оставить его в покое до моего прихода, как уставший за день мальчик прикорнул тут же, на полу. Благо толстые ковры делали лежбище достаточно мягким. Так его, сонного, раздели и уложили.
Поулыбавшись над ситуацией и чмокнув спящего сына в щёчку, я пошла к дочери. Вот Лиутар ещё не спала.
– Матушка, вы пришли пожелать мне доброй ночи?
– Конечно, милая, – я присела на край постели.
– Можно сегодня не гасить ночник?
– Можно, – кивнула я. Девочка боялась темноты, и я давным-давно разрешила ей спать со светом, но переспрашивать разрешения снова и снова у нас стало почти ритуалом.
– Матушка…
– Да?
– Скоро Новый год?
– Да, скоро Новый год. Будет большой пир, и тебе сделают много подарков.
– А можно мне быть на пиру?
– Можно, солнышко, – пора потихоньку выводить дочку в свет. Конечно, долго она не выдержит, но пусть посмотрит на танцы.
– В красном платье?
– Нет, милая, красное платье надевают невесты на свадьбу.
– А я буду невестой?
– Когда-нибудь будешь. Отец-государь подберёт тебе жениха, и ты будешь самой красивой невестой во дворце. Но это будет когда-нибудь потом.
– Почему?
– Потому что невестами становятся после пятнадцати лет.
– Почему?
– Потому что, почемучка моя. Засыпай уже. Закрой глазки, и пусть тебе приснятся хорошие сны.
Надо будет всё-таки выкроить вечер и посидеть с детьми по-настоящему, а не как сейчас, по паре минут перед сном. Почитать что-нибудь Лиутар, поиграть с Шэйреном. Вот после Нового года…
– Ваше величество, – сообщила мне наутро Жэнь Ани, ставшая главной из моих дам (её товарка Ши Гюрен была выдана своей семьёй замуж сразу после окончания войны, так что я смогла только лишь послать ей запоздавший свадебный подарок), – прошу простить недостойную, но среди прислуги и младших наложниц ходят слухи о вас…