Следующие недели протекли достаточно однообразно. Слава всем богам, нам с Тайреном больше не нужно было простаивать в зале Земного спокойствия целыми днями, но прийти поклониться гробу требовалось как минимум дважды в сутки, утром и вечером. Зал пропитался благовонным дымом так, что находиться в нём долгое время стало совершенно невозможно, но священнослужителей, отправлявших заупокойные обряды практически без перерыва, это, кажется, не пугало. Видимо, закалились за годы службы. Придворные собирались для преклонения каждый седьмой день в течении всех семи недель. На двадцать первый день, после того как в очередной раз собравшиеся сановники покинули дворец, был устроен ещё один пир, но на этот раз не для живых, а для отлетевшей души. Накрытые столы заперли в пустом покое, куда никто не заглядывал до самого вечера, да и во всём дворце люди старались без крайней нужды из своих комнат не выходить, дабы не потревожить навестившего родные пенаты духа. Судя по количеству выставленной пищи, новопреставившийся не то обретает поистине волчий аппетит, не то приводит с собой целый сонм родни и приятелей.
Похороны прошли на пятидесятый день. Вообще-то могли бы и позже – даже для похорон следовало выбрать благоприятный день, и ожидание могло бы затянуться. Но, к счастью, нам повезло – гадатели из отдела Великого гадания приказа Великого постоянства назвали следующий же день после окончания обязательного срока прощания с покойным. Иочжуну предстояло упокоиться в Лучезарной гробнице рядом со своими предками. Впрочем, теперь бывшего императора этим именем никто не называл. Отныне оно становилось запретным, а вслух и во всех документах следовало указывать новое: Дай-цзан.
Ранним утром в час Кролика, когда рассвет только занимался над горизонтом, длинная змея похоронной процессии медленно поползла от дворцовых ворот через полгорода к западным вратам Чёрного Воина. Носилки с гробом в знак особого почтения не катили на колёсах, а всю дорогу несли на руках сотни носильщиков, время от времени сменяя друг друга. Я шагала сразу за гробом, возглавляя женщин дворца, а Тайрен был сейчас где-то там впереди, во главе процессии, вместе с ближними сановниками, священниками и многочисленными служителями, нёсшими белые траурные фонари, знамёна и зонты, носилки с поминальной табличкой и жертвенные сосуды. За ними медленным шагом ехал конный гвардейский отряд, и слуги несли и везли всё, что покойный император унесёт с собой в могилу, включая кареты и паланкины, которыми он пользовался при жизни. Похрустывал под ногами жёлтый песок, которым посыпали весь путь от дворца до Лучезарной гробницы, вдоль улиц стояли на карауле гвардейцы из всех дворцовых гвардий. Через некоторое время, когда траурная процессия под низкий неумолчный рёв труб и звон похоронных гонгов вылилась за пределы городских стен и прошла изрядную часть пути до гробницы меж холмов, гвардейцев сменили солдаты из ближайшего гарнизона. Но всё так же толпились по обочинам люди всех возрастов в скромных тёмных одеждах и белых траурных повязках на головах. Должно быть, проводить моего бывшего супруга собралась не только столица, но и все её окрестности.
И то сказать, не каждый день императоров хоронят.
Лучезарная гробница, в которой мне до сих пор не доводилось бывать, оказалась не каким-то одним, пусть даже грандиозным сооружением, а целым некрополем. Процессия проползла через огромные ворота из трёх арок и двинулась по широкой аллее между неизменных кладбищенских кипарисов и кедров и колоссальных каменных фигур, стоящих вдоль всего пути на расстоянии нескольких метров друг от друга. Фантастические животные – драконы, цилини*, лудуни** – соседствовали с вполне реальными и узнаваемыми львами, слонами, лошадьми и верблюдами, установленными попарно, друг напротив друга. Ближе к концу статуи животных сменились статуями людей: воины воинственно сжимали рукояти мечей, чиновники почтительно склоняли головы, увенчанные высокими шапками согласно рангам.
Аллея привела к высокому и просторному погребальному храму, с крышей из жёлтой черепицы, поддерживаемой красными колоннами. За ней начинался ряд высоких курганов, каждый из которых скрывал могилу либо императора, либо его родственника. Если пройти дальше, то можно было найти и могилы особо отличившихся приближённых, удостоенных чести быть похороненными рядом со своими владыками, но мы туда не пошли. Процессия остановилась у свежего кургана, насыпанного поверх недавно построенной гробницы. По обе стороны открытого входа стояли две каменные стелы, с фигурками драконов на вершинах, и ещё одна стела на спине каменной черепахи венчала насыпь. Я невольно задумалась, были ли тексты с восхвалением покойного высечены после известия о его смерти или ещё при его жизни? Может быть, даже и утверждены им. Но уж дату смерти после даты рождения на самой верхней стеле точно поставили совсем недавно.