Книжку у неё мягко взяли. Саша подцепил ладонью её подбородок и повернул к себе. Лида с опаской подняла глаза.
Ну да, он, конечно, смеялся. Но было и ещё что-то. То ли сомнение, то ли неловкость, то ли… опасение?
— Лид, а помнишь, — начал он негромко, — как я приходил к вашему дому?
Она помнила. Тогда он назвал её Лигитой, и она сбежала, роняя тапки. Потом выяснилось, что он вычитал это имя на обороте старой фотографии, но тогда это изрядно её напугало.
— Как ты думаешь, зачем?
Лида пожала плечами. Неловко, потому что он до сих пор придерживал её за подбородок и, кажется, не собирался отпускать.
— Хотел узнать, с кем придётся жить?
— Глупая, — Саша наконец убрал руку, но взамен уселся совсем рядом, придвинулся и, обжигая шею дыханием, шепнул: — Ты мне понравилась, вот и всё.
Сердце дёрнулось и пустилось вскачь.
— По фотографии? – спросила Лида тоже шёпотом. Изнывая от внезапно накатившей робости, быстро посмотрела в медовые глаза.
— Сначала по ней, — Саша легонько поцеловал её в губы. – Потом в реале, — ещё раз. – Потом…
— Потом что? – их дыхание смешивалось, и Лида молилась только о том, чтобы никому не вздумалось сейчас ввалиться в комнату. Этот дом – сплошной проходной двор.
Саша, не отвечая, улыбался. Его язык скользнул между её приоткрытых губ и, словно играя, коснулся её языка. Не выдержав, Лида закинула руки ему на плечи, притянула к себе и закрыла глаза, отдаваясь поцелую.
Ведь это же признание? Нет, конечно, может, она и хотела бы услышать знаменательное «я тебя люблю», но из Саши таких сентиментальных слов и клещами не вытащишь. Впрочем, и не нужно было. Хватало его прикосновений, жара его рук, торопливо скользящих по коже пальцев, шаловливых, жадных и не останавливающихся ни на миг. Хватало их общих вздохов, переплетающихся в тишине комнаты, и взаимного желания изучать друг друга.
Лида не знала, что будет дальше, но сейчас это её не волновало. Да, нужно сначала освободить родителей, избавиться от бандитов, разобраться с Сашиным проклятием — и уже потом думать о них двоих. Будут ли они вместе, как посмотрят на их отношения их собственные родители, не передумает ли Саша, когда исчезнет его странная зависимость… Будущее было совершенно неясным, но настоящее — в Сашиных объятиях, плавясь под его поцелуями — было важнее всего.
А потом он ушёл. Лида валялась на кровати, сжимая в руках телефон, с каждой минутой опасаясь, что придёт тревожное сообщение, но сообщений не было, и под ласковым летним ветерком она незаметно уснула.
Глава 41
Разбудил её голод. Голод и ветер, принёсший откуда-то запах жареных котлет.
Лида встрепенулась, схватила телефон. Девять пятнадцать! Вот это поспала. И до сих пор от Саши ни звонка, ни сообщения, хотя ушёл он в районе пяти вечера. Она быстро набрала его номер, но, как обычно, лишь безличный автоответчик сообщил ей, что «ваше сообщение будет записано после сигнала». Червячок беспокойства грызанул сердце.
Лида спустила ноги на пол. Интересно, если она сейчас проберётся на кухню, повезёт ли ей не пересечься с Цагаром? Да и старухе на глаза попадаться тоже не хотелось: снова пошлёт, небось, на «заработки». Тащиться на вокзал и смотреть, как другие цыганки вешают лапшу… в смысле рассказывают клиентам то, что те хотят услышать — было откровенно лень.
Она уже хотела было пойти к двери, как из раскрытого окна донёсся какой-то звук. Лида прислушалась.
Гитара.
Чувствуя себя крысой, идущей за дудкой Гаммельнского крысолова, Лида подкралась к окну. Кто-то играл на гитаре, причём поблизости, чуть ли не в соседнем дворе. И довольно неплохо играл, надо заметить.
Один парень из их класса всегда приносил гитару на школьные посиделки, так что к умелой игре Лида привыкла, но последний раз живую мелодию слышала… дай бог памяти — кажется, на Новый год. А сейчас начиналось лето, стояла прекрасная погода, повсюду зелень, цветы, дул свежий ветерок — и Лиде невыносимо захотелось посидеть где-нибудь у костра, послушать байки парней и попеть под гитару.
Она промедлила ровно то время, которое потребовалось ей, чтобы натянуть спортивные штаны вместо шортов. Не ради Цагара, который мог перехватить её на полдороге, а просто чтобы не замёрзнуть: из окна веяло прохладой. И от комаров хоть какая-то защита. Подхватила из сумки верные конверсы и спрыгнула во двор.