Когда она вышла в этом платье к Майклу, он не улыбнулся и не захлопал. Он снова поставил бокал на пол, встал и просто посмотрел на нее. И этот взгляд был чем-то большим, чем даже прикосновение. Взгляд, от которого у нее закружилась голова, а все тело загорелось.
Джейн была не в силах двинуться с места. Ее словно гипнотизировали эти голубые глаза, которые пожирали взглядом каждый дюйм ее тела. Они смотрели ей прямо в душу, заставляя ее чувствовать себя живой. Джейн инстинктивно прикрыла руками живот.
— Давай, лучше я, — проговорил Майкл, шагнул к ней и положил свои ладони ей на живот. — У будущих пап тоже есть права, — прибавил он, притянув к себе Джейн. Затем он начал медленно поглаживать ее по животу, где билась новая жизнь.
Джейн не могла бы остановить его. Точно так же, как не могла бы перестать дышать. И как не могла подавить ту теплую волну, которая поднялась в ее теле. Ее охватило желание, которое требовало удовлетворения.
Его нежность возбуждала ее еще сильнее, чем откровенная страсть. Как и его осторожные прикосновения. Ведь они же муж и жена, верно? Она же ждет его ребенка, разве нет?
И Джейн больше не смогла сдерживать ту страсть, которая охватила ее. И не смогла бы, даже если земля вдруг перестала бы вращаться. Когда Майкл понес ее в постель, она крепко обняла его…
12
На следующее утро Джейн долго спала. Ей снилось, как Майкл нежно ласкает ее, шепчет слова любви. А потом было счастье удовлетворения. И радость.
Джейн улыбнулась. Нет, это был не сон! Этой ночью… Его объятия, его любовь — все это было наяву.
Она села в постели. Майкла рядом не оказалось, но это ее не обеспокоило. Она прислушалась — может, он в душе или варит кофе. По выходным Ханты не работают. Будет очень приятно провести все воскресенье только вдвоем. Желая поскорее его увидеть, Джейн надела халат и уже собралась спуститься вниз.
Но тут она увидела записку, прикрепленную к зеркалу так, что она не могла бы ее не заметить.
«Доброе утро, любимая!
Ты такая красивая, такая нежная и так дорога мне. Я страшно не хотел уезжать, особенно сегодня. Но у меня дела в Нью-Йорке. Ты, моя маленькая сексуальная искусительница, заставила меня вчера забыть о том, что я должен был ехать. Но я рад, что не уехал. Прошлая ночь была просто невероятной. Мы подходим друг другу, ты ведь согласна? Нам необходимо поговорить. Не скучай. Скорее всего, вернусь в среду.
Майкл».
Джейн прижала записку к груди. «Доброе утро, любимая!» Любимая! Она повторяла про себя эти слова, вспоминая их ночь. Ее охватило такое радостное чувство, которого она еще никогда не испытывала. Нет. Это не просто радость. Джейн чувствовала себя невероятно счастливой. Майкл любит ее. Она поняла это по его записке и по тому, как нежно он занимался с ней любовью. И она тоже любит его. Любит больше, чем это вообще возможно.
Джейн подняла с пола платье цвета лаванды и прижалась к нему щекой. Это ты помогло мне! Спасибо, спасибо, спасибо, бормотала она, вешая платье в шкаф.
Почти пританцовывая, Джейн спустилась вниз на кухню. Он налила в кофейник воды и потянулась за кофе. Но вдруг замерла на месте. Ее поразила одна мысль: это ее кухня. И ее дом. Здесь она живет с мужем, который ее любит. В этом доме он вырос. И их ребенок тоже будет расти здесь. Она провела рукой по кухонному столу как хозяйка. Она будет заботиться об этом доме. И о ребенке. И о Майкле. И все они будут счастливы.
Раздался телефонный звонок. Джейн вздрогнула и сняла трубку. Это была Вера.
— Ты показала наряды Майклу?
— Да.
— Ему понравилось? Да что это я… Конечно, понравилось. Ты в них просто прелестна. Особенно тебе идет то, цвета лаванды. А что он сказал?
Что я его любимая, что дорога ему.
— Что… что ему все нравится… абсолютно все. — Она совершенно забыла, что именно Майкл говорил об одежде.
— А я не решилась показать свое Джорджу. Он подумает, что я все же забеременела, а потом будет страшно разочарован. Ох, Джейн, я так хочу… Я каждый день буду трогать это платье и загадывать желание.
— Я тоже очень хочу, чтобы твое желание исполнилось, Вера.